какая группа незлокачественных заболеваний занимают первое место по количеству случаев
Какая группа незлокачественных заболеваний занимают первое место по количеству случаев
Онкологические заболевания занимают вторую строчку в списке причин смертности в развитых странах. Рак страшен и непредсказуем, но если не бездействовать, можно снизить вероятность заболеть им. Но что конкретно нужно делать? «РР» узнал у специалистов, возможно ли уберечь себя от рака, почему так важен баланс пользы и вреда и что делать, если риск онкологических заболеваний повышен.
Спасения нет?
Пугающее слово «рак» обозначает не одну болезнь, а огромное количество заболеваний — очень разных, но с похожим механизмом появления.
— В клетках нашего организма постоянно возникают мутации — изменения в геноме, происходящие под действием самых разных факторов. Из-за мутаций в процессе жизни в любом возрасте в организме образуются опухолевые клетки, — объясняет врач-онколог Национального медицинского исследовательского центра онкологии им. Н.Н. Петрова, эксперт Фонда профилактики рака Максим Котов.
Программа работы опухолевых клеток сломана, и они уже не способны образовать нормально функционирующие ткани организма. Конечно, организм защищается — отлавливает «плохие» клетки, в случае обнаружения мутации пытается починить испорченный генетический код или уничтожает клетку.
— Иногда эта система дает сбой, не справляется с потоком накопившихся мутаций — возникает опухоль. Чем дольше человек живет, тем больше мутаций накапливается. То есть основной фактор риска появления любого злокачественного образования — возраст, — добавляет Максим.
Есть ли возможность гарантированно защитить себя от развития опухоли? К сожалению, нет. Вероятность заболеть раком существует у каждого человека, и этот базовый риск увеличивается с возрастом.
— Обезопасить себя на 100% от развития рака не получится, это случайный процесс. Мы же не можем гарантировать, что при выходе на дорогу человека не собьет машина, даже если по этой дороге проезжает один автомобиль в день. Зато мы многое знаем о том, как снизить вероятность заболеть раком и умереть от него. На это и должны быть направлены наши практические действия, — объясняет Антон Барчук. — Однако даже раннее выявление опухоли не всегда автоматически означает положительный прогноз. Если мы видим маленькую опухоль, повышается вероятность, что не будет метастазов и лечение будет эффективным. Но гарантии нет.
Стоит ли рисковать?
К счастью, многое находится во власти человека, а не вероятностей. Самые главные риски онкологии давно и хорошо изучены: помимо возраста, среди них курение, употребление алкоголя, ожирение и избыточный вес, солнечное излучение.
Факторы риска и их влияние на организм подробно описаны в Европейском кодексе борьбы против рака, составленном Всемирной организацией здравоохранения. Там же даны рекомендации, как снизить риски, на которые мы можем повлиять, — их называют модифицируемыми.
— Курение повышает риск развития большой доли онкологических заболеваний — порядка 20% злокачественных опухолей так или иначе связано с курением. Причем у людей, которые не курят, но регулярно вдыхают табачный дым, риск рака тоже высок, — предупреждает Антон Барчук. — Другой фактор риска — употребление алкоголя. Долгое время считалось, что есть безопасная доза, употребляя которую человек ничем не рискует. Это, скорее всего, не так.
Ожирение и малоподвижный образ жизни вне зависимости от массы тела повышают риск развития колоректального рака, рака пищевода. В России сейчас заболеваемость этими видами рака повышается. Рак пищевода традиционно связывался с курением и алкоголем, но сейчас риск ассоциирован именно с ожирением.
Употребление красного мяса и переработанных мясных продуктов, таких как сосиски и колбасы, большого количества соли и сахара, тоже существенно повышает риск развития рака.
У женщин, которые не кормили грудью, может быть повышен риск развития рака молочной железы. Не всегда это можно модифицировать, но об этом надо помнить.
Еще одна причина многих онкологических заболеваний — вирус папилломы человека (ВПЧ). Он передается половым путем, но вызывает рак не только половых органов, но и опухоли головы и шеи. Сейчас распространенность онкозаболеваний, связанных с ВПЧ, в нашей стране растет, — перечисляет Антон Барчук.
Как работают факторы риска? Антон Барчук приводит упрощенную, но рабочую модель: фактор риска при постоянном воздействии на организм приводит к появлению предопухолевых изменений, затем опухолевых клеток; их количество растет, появляются симптомы заболевания, диагноз и его последствия.
Профилактика рака в идеале начинается с действий самого человека — нужно оценить свои риски и постараться их устранить. Нет фактора риска — вся цепочка не работает.
— Бросить курить или вообще не курить — значит устранить этот фактор риска, свести вероятность заболеть связанным с ним раком к минимуму (хотя и не к нулю, к сожалению). Рак шейки матки вызывается вирусом папилломы человека, а обезопасить себя от заражения ВПЧ можно с помощью вакцинации, раз и навсегда устранив этот фактор риска.
Зачем нужен скрининг
Следующий этап профилактики — скрининг рака. Его главная задача — предотвратить смерти от онкологических заболеваний, и он рассчитан на людей, у которых нет никаких симптомов.
— Мы можем находить предопухолевые изменения и устранять их — истинная опухоль тогда не появится. Например, так работает скрининг рака шейки матки и колоректального рака. В первом случае выявляют дисплазии, во втором — полипы, предшественники опухолей.
Иногда скринингом называют и выявление ранних опухолевых изменений. Например, скрининг рака молочной железы выявляет опухоль на раннем этапе, когда можно от нее избавиться без тех проблем, что несут продвинутые стадии рака. Снижение рисков называют первичной профилактикой, а скрининг — вторичной профилактикой, — объясняет Барчук.— Есть еще ранняя диагностика. Она направлена на выявление онкологических заболеваний у людей с минимальными симптомами или у людей из группы повышенного риска развития рака. А все последующие меры уже относятся к лечению.
— Важно понимать общее правило: чем раньше мы зайдем в тот сценарий, в котором развивается опухоль, тем выше будет эффективность наших действий, — заключает онкоэпидемиолог.
Баланс пользы и вреда
Итак, вы избавляетесь от вредных привычек и с завтрашнего дня начинаете заниматься спортом, но все равно хотите обследоваться, чтобы удостовериться, что онкологии у вас нет.
Есть несколько вещей, которые нужно знать о скрининге. Во-первых, он далеко не всегда сможет помочь. Так, по словам Антона Барчука, с помощью скрининга рака молочной железы можно предотвратить лишь 20% смертей. Во-вторых, важно знать о балансе вреда и пользы. Вред от скрининга тоже возможен — например, ложноположительные результаты теста, за которыми могут последовать ненужные операции, которые тоже несут свои риски, например риск смерти от анестезии. Поэтому все вмешательства и их риски нужно обсуждать с врачом.
Что делать
Если вы решили все же обследоваться, обратите внимание, что возможностей в нашем распоряжении не так уж много — на все виды рака провериться, увы, не получится.
— Есть пять доказанных способов снижения смертности от рака, причем из них только три показали себя в рамках больших скрининговых программ: это скрининг рака шейки матки, молочной железы и колоректального рака. Два остальных вызывают вопросы — скрининг рака легкого среди курильщиков и рака простаты методом ПСА. В некоторых случаях рак простаты не требует лечения, только наблюдения в динамике. Но если человек сдаст ПСА-тест и найдет у себя такую неагрессивную опухоль, скорее всего, он захочет ее удалить. А операция — это тоже риски.
ПСА-скрининг действительно снижает смертность от рака предстательной железы, но ценой гипердиагностики и ненужных операций, поэтому его не рекомендуют делать повально, а только после объяснения человеку, что его ждет. Чтобы он сам принял решение: «Я готов рискнуть и испортить себе жизнь ненужной операцией, которая приведет к недержанию мочи и к импотенции, но не умереть от рака простаты, хотя эта вероятность мала». К скринингу рака легкого тоже есть вопросы. Низкодозная компьютерная томография, в отличие от других методов скрининга, направлена только на заядлых курильщиков. Нужно знать не только возраст, но и статус курения — это затрудняет организацию программ, где принято высылать приглашения на скрининг. К тому же есть крайне эффективный способ профилактики рака — отказ от курения, поэтому для государства куда более эффективно поддерживать программы отказа от курения. Кроме того, в отличие от других программ, при скрининге рака легкого все заканчивается довольно инвазивной процедурой — биопсией легкого, поэтому скрининг будет работать, только если минимизировать такие вмешательства и осложнения, это требует крайне сложных процессов контроля качества, — говорит Антон Барчук.
— Почему для скрининга выбраны именно эти заболевания?
— Они наиболее распространены — это шанс снизить смертность в больших масштабах, а их стадии имеют значительную разницу в выживаемости Еще, например, есть опухоли, у которых прогноз неблагоприятный вне зависимости от стадии — это опухоли головного мозга (глиобластомы) или поджелудочной железы. А значит, скрининг здесь работать не будет, — объясняет Максим Котов.
— Какие процедуры включают в себя разные виды скрининга?
— Скрининг колоректального рака, как правило, двухэтапный. По достижении 50 лет раз в два года человеку предлагается сдать иммунохимический анализ кала на скрытую кровь. Если результат анализа положительный, нужно пройти колоноскопию — эндоскопическое исследование толстого кишечника. Колоректальный рак развивается из полипов в кишечнике. Во время колоноскопии эти полипы убирают, что сокращает риск развития рака толстой кишки,— продолжает Котов.
— Для скрининга рака шейки матки женщинам с 25 лет нужно проходить цитологическое исследование — с окраской по Папаниколау раз в три-пять лет в зависимости от качества исследования. С 30 лет — сдавать ВПЧ-тест раз в пять-десять лет. До 30 лет этот тест не надо делать: он дает слишком много положительных ответов, между тем как риск предраковых изменений крайне мал. Скрининг должен включать верификацию: после цитологии идет кольпоскопия, а после ВПЧ-теста — цитологическое исследование. Если осмотр шейки матки и биопсия подтверждают диагноз, выполняется конизация — удаление дисплазии или раннего рака.
Скрининг рака молочной железы начинается в 50 лет с маммографии раз в два года. Данная рекомендация исходит из баланса пользы и вреда: в 40 лет вероятность получить этот диагноз много меньше, чем в 50 лет. Возраст начала скрининга и интервалы установлены на основании данных исследований, проведенных за рубежом. В них постарались максимально соблюсти баланс. Начинать раньше или делать чаще одного раза в два года — значит, соглашаться на то, что нежелательных явлений будет больше ради крайне небольшой прибавки в снижении риска умереть от рака, — говорит Антон Барчук.
— Какие симптомы должны насторожить человека?
— Когда у человека есть жалобы, то мы уже занимаемся не скринингом, а ранней диагностикой. Если что-то беспокоит, нужно обратиться к врачу и пройти обследование. Например, человек заметил кровь в моче. Это может быть заболевание почек, острый цистит, а может — рак мочевого пузыря, — поясняет Максим Котов. — Любые симптомы, которые настораживают, беспокоят и не проходят со временем, требуют медицинского расследования. У курильщиков, например, меняются характеристики кашля, появляется кровь в мокроте. Когда где-либо кровь появляется — в стуле, в моче, в мокроте, — лучше обратиться к врачу. Если на теле появляются образования, родинки или пигментные пятна меняют форму или начинают кровоточить, — опять повод обратиться к врачу. Желательно раньше, чем позже.
— Чаще всего онкологические заболевания связаны с возрастом. И если такие симптомы проявляются в пожилом возрасте, обязательно нужно разбираться. Только не нужно сразу думать на любой симптом, что у вас рак: риск онкологии все-таки небольшой. Но обратиться к врачу и выяснить, что это, не помешает, — добавляет Антон Барчук.
К сожалению, даже если вы решили провериться на доступные скринингу виды рака, это сделать будет довольно сложно – из-за отсутствия в России грамотно организованных скрининговых программ.
По словам Максима Котова, в Москве уже запущен пилотный проект скрининга рака легкого методами низкодозной компьютерной томографии.
Чего делать не надо
— Какие методы скрининга онкологических заболеваний неэффективны?
— Скрининг рака щитовидной железы выявляет гигантское количество случаев рака, но все они неагрессивные — в большинстве своем их даже трогать не нужно. Огромный рост заболеваемости, никак не отражающийся на смертности. Опасней риски и последствия лечения, например лучевой терапии, ненужных операций.
— Были попытки внедрения скрининга рака полости рта — в том числе с помощью осмотра стоматолога, но смертности это не снижает, поэтому метод признан неэффективным. Самообследование при раке молочной железы по нынешним рекомендациям тоже неэффективно из-за низкой точности, — добавляет Максим Котов.
Рак по наследству
Кроме людей со средним риском развития злокачественных опухолей есть те, у которых этот риск повышен из-за генетических мутаций. Примерно 5–10% всех случаев рака возникает на фоне наследственной предрасположенности. Остальные случаи называются спорадическими (случайными).
— В основе любого рака лежат генетические изменения, но они в основном ненаследственные, так как находятся не в половых клетках организма. Но если такое генетическое нарушение возникает в половой клетке, то во всех клетках унаследовавшего ее организма ребенка будет присутствовать эта мутация. Риск развития определенного вида рака у такого человека существенно повышен — где-то в десятки раз. И рак будет начинаться раньше: ведь теперь клетке, чтобы стать раковой, нужно накопить, скажем, не 10 мутаций, а 9.
История, когда у человека есть мутация, увеличивающая риск развития рака, называется наследственным опухолевым синдромом. В США у женщины средний риск заболеть раком молочной железы — около 12%. А если у нее соответствующий опухолевый синдром, риск возрастает до 70–90%. Описано и изучено примерно два десятка опухолевых синдромов. Их носителями являются несколько процентов всей популяции — сколько точно, никто не знает, — поясняет Антон Тихонов, кандидат биологических наук, научный директор генетической лаборатории yRisk.
— Как заподозрить, что у человека может быть опухолевый синдром?
— Рак появляется скорее в раннем возрасте, чем в позднем — до 50 лет. Редко, но бывает, что у человека возникает сразу несколько опухолей — в разных или в парных органах, таких как молочные железы. Или если в истории семьи много случаев рака, особенно одного и того же вида. Например, есть такой опухолевый синдром — диффузный рак желудка. В семьях с определенной мутацией часто и рано по одной линии встречается рак желудка, а вдобавок часто повышается риск одного редкого подтипа рака молочной железы — лобулярного.
Еще один опухолевый синдром — наследственный рак молочной железы и яичников. Из названия понятно, что при наличии этой мутации возможно несколько видов рака; кроме того, при этой мутации также повышается риск рака предстательной и поджелудочной желез.
Ложиться ли на операцию для профилактики?
— Что делать, если нашел у себя один или несколько таких признаков наследственного опухолевого синдрома?
— Нужна консультация онкогенетика; целесообразно генетическое тестирование на опухолевые синдромы. Проблема еще в том, что это нужно делать здоровому человеку, а он не всегда в больницу ходит — ничего же не болит… Мы работаем в этой сфере, но нам очень сложно убеждать людей проходить тестирование. Да и некоторые врачи не очень верят в эффективность профилактики и скрининга, в тесты, которые выявляют людей из группы риска и дают им другую программу обследований. Пока у нас медицина в основном занимается лечением, а не превенцией.
— То есть людям с высоким риском нужен другой скрининг?
— Да, им не подходит среднепопуляционный скрининг. Например, при наличии мутации, ассоциированной с повышенным риском рака молочной железы, женщине нужна не только маммография, но и МРТ молочной железы. Начинать скрининг нужно раньше, и интервалы будут другие.
Для людей с некоторыми опухолевыми синдромами есть еще одна мера, правда, весьма радикальная — профилактическая операция. При том же диффузном раке желудка профилактическая мера одна — удаление желудка. Звучит страшно, но люди без желудка живут; конечно, есть модификации в диете и еще какие-то неприятности, но это лучше, чем умереть от рака в 40 лет. У людей с этим синдромом риск развития рака очень высок, этот вид рака очень плохо лечится.
То же при наследственном раке молочной железы и яичников: людям с наследственным синдромом настойчиво рекомендуется удалять яичники после рождения всех запланированных детей, ближе к менопаузе. Это резко снижает риск. В яичниках, в отличие от молочной железы, поймать рак очень сложно.
— Кроме операции, других опций нет?
— Лишь для небольшой части опухолевых синдромов превентивная операция является опцией — не все органы можно удалять без последствий для организма. Это мутации, повышающие риск рака желудка, молочной железы и яичников, наследственный семейный полипоз — полипы в кишечнике, из которых с большой вероятностью разовьется рак, причем, как правило, в раннем возрасте. В последнем случае удаляют кишечник. Для всего остального есть только еще более тщательный скрининг, внимательное отношение к факторам риска и к собственному здоровью.
Еще сейчас проходят клинические испытания препаратов, так называемая хемопревенция, — вы принимаете лекарства, которые снижают риск рака, не нужно делать операцию. В частности, для хемопревенции рака молочной железы и яичников сейчас испытываются препараты, которые обычно применяют в терапии рака. Исследования показывают, что они отлично работают в профилактике, но пока официального разрешения на их повсеместное применение нет.
Есть также данные, что людям с опухолевым синдромом, повышающим риск рака кишечника, нужно пить аспирин — это сильно снизит риск. Раньше аспирин назначали людям в возрасте, для профилактики сердечно-сосудистых заболеваний. Но последние исследования показали, что риск превышает пользу. И пока не понятно, стоит ли его пить людям с повышенным риском рака.
Еще важный момент: опухоль у человека с мутацией зачастую по своим характеристикам отличается от спорадической и лечится немного по-другому. Это важно знать, даже если человек уже заболел, потому что это может изменить подход к терапии и привести к более успешному результату лечения.
— А что насчет законодательного регулирования превентивных операций в России?
— Государство относится к превентивным операциями ужасно. По факту это серая зона. Чтобы удалить желудок, нужно придумать несуществующее заболевание.
Хорошо работает такая схема: допустим, у женщины нашли рак одной молочной железы, и она носитель генетической мутации, а значит, высок риск, что вторую железу (на данный момент здоровую) тоже поразит опухоль. Разумнее всего в этой ситуации удалить сразу обе железы. Это законодательство допускает, потому что, строго говоря, это не совсем превентивная мера — заболевание уже есть.
Никакого массового понятного пути, как это делать, к сожалению, нет. Однако частные клиники за это берутся.
— Что делать человеку, если он в группе риска?
— В первую очередь, нужно внимательно проходить скрининг — у хороших специалистов, на хороших приборах, по разумной схеме. Исключить из жизни все факторы риска развития рака — бросить курить, снизить потребление алкоголя до минимума, приблизить образ жизни к максимально здоровому — это очень сильно снижает риск. Если есть необходимость в профилактической операции, нужно искать врача «в теме» либо ехать за границу.
Какие процедуры скрининга нужны вам?
Алгоритм составил онкоэпидемиолог Антон Барчук
За полтора года мы проанализировали генетический материал 120 человек. Примерно у десятка выявили повышенный риск, нескольким рекомендовали довольно радикальные меры: например, выявили мутации, связанные с наследственным раком молочной железы и яичников, у пяти человек. Насколько мы знаем, никто никаких операций пока не делал — возраст неподходящий. Одна девушка даже сказала: «Не хочу яичники удалять, я планирую 12 детей родить в ближайшие 10 лет!».
Заболеваемость раком в России
Какая группа незлокачественных заболеваний занимают первое место по количеству случаев
Задача дальнейшего повышения качества работы по управлению развитием детей, особенно по укреплению здоровья детей раннего возраста и снижению среди них заболеваемости [1, 2], является на сегодняшний день наиболее актуальной.
Дети, посещающие дошкольные учреждения, имеют высокий уровень заболеваемости, который в 50 % случаев обусловлен острыми респираторными заболеваниями [3].
В основном детские заболевания имеют инфекционный характер либо бактериальный. Однако все большую популярность набирает распространённость и других заболеваний среди детей, особенно в возрасте от 0 до 3 лет. У детей происходит формирование и совершенствование иммунной системы, расширяется круг общения, и избежать повышения заболеваемости не удается. Кроме этого причиной заражения инфекционными заболеваниями являются нарушения гигиены у ребенка, вредные привычки (например, сосание пальца, привычка тянуть в рот различные предметы) и прочее. Для укрепления иммунитета следует принимать витамины, закаливать детей с ранних лет, следить за тем, что ребенок ест, вести здоровый образ жизни и не отказываться от профилактических прививок. Чаще всего к детским болезням относят простудные заболевания, ветрянку, коклюш, кишечные заболевания и прочее. Однако нами было принято решение провести сравнительную характеристику заболеваемости по обращаемости детей в возрасте от 0 до 3 лет, посещающих и не посещающих детские дошкольные учреждения [2, 3].
Сохранение и укрепление здоровья детей принадлежит к числу важнейших задач нашего государства – оно нашло отражение в Послании Президента РФ к Федеральному Собранию Российской Федерации, которое гласит о том, что доступность и качество медицинской помощи должны увеличиваться для детей от 0 до 3 лет. Надо также увеличить господдержку лечения бесплодия с применением в том числе технологий экстракорпорального оплодотворения. Необходимо провести технологическую модернизацию детских поликлиник и больниц, повысить квалификацию их сотрудников.
Однако это возможно воплотить только изучив общий уровень заболеваемости по обращаемости организованных детей и неорганизованных детей. Обозначить самые распространённые заболевания у организованных и неорганизованных детей.
Установлена корреляционная связь между социальными условиями и показателями здоровья детей. Поскольку эта проблема поставлена сравнительно недавно, специальных комплексов социально-гигиенических исследований предложено пока немного (Ю.П. Лисицын, 2012), а прогностические алгоритмы, в частности, для часто болеющих детей, рекомендуемые для использования в детских поликлиниках, были громоздкими [4, 5].
Решение задач по снижению заболеваемости среди детей раннего возраста близко прилегает к снижению экономических потерь промышленных предприятий, обусловленных временной нетрудоспособностью матерей по уходу за больными детьми [6].
Результаты исследования и их обсуждение
Заболеваемость по обращаемости детей в возрасте от 0 до 3 лет составляет 3030,4 случая на 1000 обследованных. Наибольший уровень её выявлен у детей в возрасте от одного до двух лет (3762,9 случаев), наименьший – у детей в возрасте до одного года (1853,7 случая).
Первое ранговое место по частоте занимают болезни органов дыхания (2227,3 случая), их уровень у детей от 1и до 2 лет и от 2 до 3 лет не имеет статистически достоверной разницы (соответственно 2844,6 случая и 2620,2 случая на 1000 обследованных), но превышает его более чем вдвое у детей до одного года – 1215,2 случаев.
Среди болезней органов дыхания наиболее распространеннымиявляются острые респираторные заболевания – они составляют у детей до одного года – 5 6,9 % (1054,8 случаев), у детей второго года – 67,5 % (2541,1 случай), у детей третьего года – 64,9 % (2255,6 случаев). Среди других болезней органов дыхания распространены грипп, острый бронхит, частота которых на втором и третьем годах жизни, незначительно увеличивается в сравнении с детьми в возрасте до одного года. Обращаемость по хроническим заболеваниям органов дыхания незначительна (хронический бронхит – 2,1 случая), бронхиальная астма – 0,5 случая).
Второе ранговое место в заболеваемости по обращаемости детей составляют болезни нервной системы и органов чувств – 271,4 случая. Эта группа заболеваний часто встречается у детей второго и третьего годов жизни (соответственно 315,1 случай и 307,2 случая) и значительно реже у детей первого года жизни (191,4 случаев).
Болезни нервной системы занимают небольшой удельный вес; у детей первого года жизни – 1,6 %, второго года – 0,1 %, третьего года – 0,9 %.
Третье ранговое место по частоте принадлежит болезням кожи и подкожной клетчатки – 219,9 случаев (7,2 %). По этому классу болезней обращаемость также выше у детей второго года жизни – 259,0 случаев, несколько ниже у детей третьего года жизни – 232,5 случаев, значительно реже у детей до одного года – 168,0 случая. Ведущее место среди этой группы заболеваний составляют инфекции кожи и подкожной клетчатки – 88,5 случая. У детей первого года они значительно выше 103,8 случаев, одинаково часто встречаются у детей второго и третьегогодов жизни (соответственно – 80,2 и 81,7 случая).
Инфекционная заболеваемость детей по данным учреждений Северо-Западного округа г. Москвы снизилась с 247,4 случая в 2010 г. до 104,2 случ. на 1000 детей в 2015 г. Этот класс болезней перешел с третьего рангового места на четвертое. Ведущими среди инфекционных и паразитарных болезней являются ветряная оспа (34,6 случаев), кишечные инфекции (32,4 случая), коревая краснуха (14,3 случая). Ветряная оспа имеет наибольшую частоту распространения среда детей третьего года жизни (50,9 случаев), кишечные инфекции – на втором году (51,9 случаев), коревая краснуха более чем вдвое чаще встречается у детей второго и третьего года жизни в сравнении с детьми первого года (соответственно 18,6; 17,6 и 6,8 случаев).
Пятое место по частоте в заболеваемости по обращаемости детей занимают болезни органов пищеварения – 61,5 случаев Чаще первого года жизни – 69,0 случаев, незначительно реже второго и третьего годов (соответственно – 58,4 и 57,1 случаев).
В этом классе болезней наиболее распространенными являются болезни полости рта (26,3 случая) и грыжи (23,6 случаев). Если болезни полости рта нарастают у детей от первого года к третьему году жизни (соответственно 9,9, 30,3 и 39,3 случаев), то грыжи выявляются чаще у детей на первом году (соответственно 50,7 и 7,3 случаев).
Указанные пять классов заболеваний – болезни органов дыхания, болезни нервной системы и органов чувств, кожи и подкожной клетчатки, инфекционные и паразитарные болезни, болезни органов пищеварения составили 95,3 % всей заболеваемости по обращаемости детей раннего возраста.
Из прочих классов болезней следует указать на травмы (38,7 %), болезни крови и кроветворных органов (34,4 %).
Травмы нарастают с увеличением возраста детей от одного до трёх лет (соответственно – 21,3, 30,5 и 42,1 случаев).
Среди болезней крови и кроветворных органов основной удельный вес составляют анемии. Их частота у детей первого, второгои третьего годов жизни примерно одинакова (соответственно 28,7, 31,2 и 25,7 случаев).
Заболеваемость по обращаемости организованных детей почти в 1,5 раза выше таковой среди неорганизованных детей (соответственно 3677,1 и 2290,0 случая на 1000 обследованных).
Обращает внимание различный уровень заболеваемости организованных и неорганизованных детей в возрастном аспекте. У организованных детей высокая заболеваемость детей первого и второго годов жизни (соответственно 3909,8 и 4057,9 случаев); у неорганизованных детей заболеваемость наименьшая в возрастной группе до одного года (1665,6 случаев.), наибольшая – на третьем году – 4025,8 случаев.
У организованных и неорганизованных детей различны не только общие уровни заболеваемости, но и частота отдельных классов заболеваний.
Хотя болезни органов дыхания занимают одинаково первое ранговое место в сравниваемых группах детей, но у организованныхконтингентов их уровень значительно выше (2906,9 случаев), по сравнению с неорганизованными (1449,6 случаев). Эта закономерность сохраняется и в отношении детей первого и второго годов жизни (соответственно 3048,6 и 1051,1 случаев, 3230,3и 2105,9 случаев). Различия формируются за счет значительноболее высокой заболеваемости организованных детей острыми респираторными заболеваниями (соответственно 2543,8 и 1270,9 случаев), острыми бронхитами (соответственно 96,6 и 39,2 случаев), гриппом (соответственно 114,3 и 40,7 случаев).
Хронические заболевания – хронический бронхит, бронхиальная астма более распространены среди неорганизованных детей (соответственно 2,4 и 0,9 случаев). Доминирующее положение болезней органов дыхания в структуре заболеваемости организованных детей отмечено многими авторами.
Второе ранговое место по частоте у организованных детей занимают болезни органов нервной системы и органов чувств – 294,0 случая. У неорганизованных детей этот показатель несколько ниже – 245,3 случая и по частоте занимают третье ранговое место, уступая болезням кожи и подкожной клетчатки – 263,8 случаев.
Организованные дети чаще имеют заболевания уха и сосцевидного отростка, чем неорганизованные дети (соответственно – 193,9 случая и 143,6 случая; несколько выше у них уровень заболеваемости глаза и его придатков – соответственно 75,1 случаев и 61,2 случая.
Однако болезни нервной системы выявляются чаще по обращаемости у неорганизованных детей – соответственно 40,4 случая и 25,0 случаев. Болезни кожи и подкожной клетчатки у организованных детей занимают третье ранговое место – 181,5 случаев. Они значительно реже встречаются, чем у неорганизованных детей – 263,8 случаев. Эти различия особенно выражены у детей в возрасте двух и трех лет (соответственно 186,4 и 398,3 случаев, 170,8 и 589,2 случаев).
Следует обратить внимание, что у организованных детей первого года жизни этот показатель выше, чем у детей неорганизованных – 261,6 и 159,7 случаев. В литературе мы не встретили сравнимой характеристики болезней кожи и подкожной клетчатки у организованных и неорганизованных детей, имеются лишь указания на преобладание этих заболеваний у детей первого года жизни, причем около половины случаев – проявление аллергии.
Четвертое ранговое место в заболеваемости организованных детей занимают инфекционные и паразитарные болезни – 142,6 случаев.
Они встречаются более чем вдвое чаще, чем у неорганизованных детей (60,2 случая). Организованные дети второго года жизни имеют наибольший показатель заболеваемости – 160,4 случая. Разница в частоте заболеваемости организованных и неорганизованных детей особенно выражена по таким заболеваниям, как ветряная оспа (соответственно 53,9 и 12,2 случая), коревая краснуха – 19,8 и 7,7 случаев, корь – (9,7 и 4,4 случая), скарлатина (11,9 и 3,2 случая). Кишечные инфекции также несколько чаще встречаются у организованных детей (соответственно 38,8 и 25,3 случая).
Пятое ранговое место в заболеваемости организованных детей занимают болезни органов пищеварения – 50,6 случаев; наибольший уровень этой группы заболеваний у детей первого года жизни – 64,4 случая. Неорганизованные дети чаще обращаются по заболеваниям oрганов пищеварения – 73,9 случаев.
У неорганизованных детей чаще, чем у организованных, встречаются болезни крови и кроветворных органов (соответственно 43,9 и 26,2 случая), психические расстройства (соответственно 8,9 и 3,9 случая). В трехлетнем возрасте особенно много травм (соответственно 153,5 и 18,9 случаев).
Различия в уровнях заболеваемости организованных и неорганизованных детей определяются, помимо возрастного состава, их половой принадлежностью (рисунок). Девочки, посещающие дошкольные учреждения, имеют заболеваемость значительно более высокую (3578,1 случай), чем неорганизованные девочки (2562,5 случай). Подобная закономерность выявляется и у мальчиков (соответственно 3666,9 и 2355,3 случаев).
Различия в уровнях заболеваемости организованных и неорганизованных детей в зависимости от пола (в случаях)
Однако различий в уровнях заболеваемости организованных и неорганизованных девочек и мальчиков нет (соответственно 3578,1 и 3666,5 случаев; 2562,5. и 2355,3 случая). Нет достоверной разницы и в частоте заболеваемости организованных и неорганизованных мальчиков и девочек по болезням органов дыхания (соответственно 2714,9 и 2730,1 случая).
Выводы
Таким образом, общий уровень заболеваемости по обращаемости организованных детей значительно выше, чем у неорганизованных детей, хотя первые пять ранговых мест в заболеваемости у обеих сравниваемых групп занимают одни и те же классы (болезни органов дыхания, болезни нервной системы и органов чувств, болезни кожи и подкожной клетчатки, инфекционные и паразитарные болезни, болезни органов пищеварения), однако имеются выраженные различия в частоте их у детей, посещающих и не посещающих детские дошкольные учреждения. Последние четко выявляются в уровнях заболеваемости детей различного возраста.