какая рыба водится в кузьминском пруду

«Рыбный день» в Кузьминском парке

от Андрей Федоров

Его организовал корреспондент «Дом, в котором я живу» для москвичей, которые любят отдыхать возле пруда в парке «Кузьминки»

Четыре года назад в Верхний пруд, что находится в парке «Кузьминки» было выпущено три вида рыб из семейства карповых: белый амур, сазан и собственно сам карп. Сделано это было отнюдь не для того, чтобы порадовать местных рыбаков хорошим уловом (некоторые запущенные в пруд рыбы весели более двух килограммов), а чтобы улучшить водную экологию самого пруда, на берегах которого всегда много отдыхающих.

Дело в том, что все эти рыбы, питаются исключительно водной растительностью. Ихтиологи их порой в шутку называют речными или прудовыми «коровами». Рыбы сбиваются в стаи, медленно плавают вдоль заросших берегов, и действительно, как коровы поедают водоросли, выполняя роль неких донных чистильщиков. Ведь осенью вся прудовая и речная растительность отмирает, превращаясь в ил. Если пруд периодически не чистить, то он вскоре со временем превратится в болото. Тут и приходят на помощь “стада” карпов, сазанов и других травоядных рыб.

Тогда в «Кузьминках» ихтиологами ФГБНУ «ВНИИПАРХ» (Всесоюзный научно-исследовательский институт пресноводного рыбного хозяйства) было выпущено более 100 кг сазана, чуть меньше карпа и белого амура.

Я поинтересовался у специалистов из Подмосковного Опытного селекционно-племенного хозяйства «Якоть», не боятся ли они, что всю ими запущенную рыбу со временем переловят местные рыбаки?

Завили, что вряд ли. Местные пенсионеры с берега на удочку могут поймать лишь мелкую рыбешку – плотвиц и карасиков с ладонь величиной. Карпы и сазаны – рыбы донные и поймать их можно только на специальные донные снасти, которые запрещены на акваториях городских прудов.

Тогда я решил, что года через два-три обязательно проверю, как прижились тут прудовые чистильщики. Чтобы в этом убедиться, пришлось использовать подводное снаряжение без дыхательного аппарата.

Часа полтора нырял в разных концах почти вытянутого на километр пруда, не привлекая ничьего внимания. Дно песчано-каменистое, без ила. Прозрачность воды отличная для пруда. Но ни одной крупной рыбы не увидел. Расстроенный поплыл к берегу – тут рыбы нет, а жаль. И вдруг у самого берега целая стая белого амура. «Пасутся» действительно как стадо коров на самом мелководье, даже темные спины из воды видны. Как же раньше-то не догадался, что на глубине нет растительности, одни камешки песок, да всякий мусор, что брошен не сознательными отдыхающими. Можно было вообще не нырять, а пройтись тихо вдоль берега и увидеть искомую рыбу.

Любой водоем, даже если он находится в черте города, очень сложная экосистема, в которой все взаимосвязано. И если в дикой природе все происходит по законам природы, то в городе ее должен поддерживать сам человек, то есть мы – горожане.

Было решено закупить в том же ВНИИПАРХ несколько килограммов живого сазана и выпустить их в какой-нибудь пруд.

Сказано – сделано. Еду в подмосковный рыбный институт за партией сазана.

– А они не задохнуться в пластиковом мешке с водой, ведь до Москвы ехать почти три часа? – интересуюсь у главного рыбовода хозяйства Владимира Токарева.

– Нет. Сейчас им из баллона кислорода накачаем и закупорим. До Сан-Франциско довести можно без проблем. Когда рыбы почувствуют, что им мало кислорода, то начнут ворочаться. Бить хвостами, тем самым перемешивая чистый кислород с водой, и им снова станет комфортно, – успокоил Токарев.

Как и рассчитывал, через три часа был у главного входа в парк «Кузьминки».

– Ого, это где это ты столько рыбы наловил? Неужели в пруду? – удивленно спросил один гражданин, попавшийся навстречу, когда я тащил тяжелый мешок с рыбой.

Объяснил, что рыбу приобрел в рыбном хозяйстве и сейчас буду ее выпускать в пруд. Вскоре за мной шли уже несколько человек.

– А чей-то ты сейчас делать будешь? – спросил дедок, сидящей на берегу с удочкой.

– Сегодня четверг. Стало быть, рыбный день – буду выпускать рыбку на волю.

Дед недоуменно пожал плечами, недоверчиво поглядывая на большой пластиковый мешок, внутри которого весело плескались сазанчики, видно тоже предвкушая скорую свободу.

Весь процесс зарыбливания занял несколько секунд. Посидел немного на берегу. Дожевал домашние бутерброды и поехал домой с чувством выполненного долга, что сделал полезное дело для дома, в котором живу.

Источник

За лещом. в Кузьминки

Почти в каждом из московских парков есть какой-нибудь водоем. Есть си­стема прудов и в Кузьминском парке. Пруды эти очень старые, еще с пе­тровских времен. Много раз их чистили, зарыбляли, и сегодня даже трудно сказать, какая именно рыба в них водится и в каком количестве. Впрочем, местные рыболовы точно знают, что есть тут обязательные плотва и окунь, попадаются карп, белый амур и крупный, до килограмма, карась, в по­следние годы размножился линь. Но этот рассказ о рыбе, которая у рыба­ков пользуется особым уважением. Речь о леще.

Знатоки уверяют, что лещ в Кузь­минских прудах водился всегда, но его численность и размеры год от года замет­но менялись. Лет пять назад было очень много мелкого «ладошечного» подлещика, который по численности лишь не­много уступал плотве, а вот экземпля­ры по 500–700 грамм попадались крайне редко. За последние годы ситуация изме­нилась: мелкий подлещик хотя и ловит­ся, но значительно реже, чем раньше, за­то красавцы от килограмма уже не счита­ются редкостью.

Большинство местных рыболовов живут по соседству и давно друг друга знают, так что информация о клеве и уло­вах распространяется быстро и почти без искажений.

В этом году, как и всегда, первой на удочку начала брать плотва, потом в уло­вах появился карась, чуть позже подле­щик. Лещ же долго оставался пассивным. Обычно он начинает здесь неплохо брать где-то с середины мая, а в этом году, не­смотря на теплую весну, поклевки нача­лись только в июне, перед самым похоло­данием, но этот период клева был недо­лог. Наконец, когда стало теплее и дожди прекратились, лещ пошел…

Надо сказать, что и поведение ры­бы, и ее ловля в городских прудах имеют целый ряд особенностей. Городские пар­ки посещает масса народу, и многие счи­тают своей обязанностью покормить живущих на прудах уток. Кормят, есте­ственно, хлебом, поэтому именно хлеб становится основным кормом и для ры­бы. Обилие еды, конечно, способствует общему благополучию рыбьего населе­ния прудов, но из-за мощного рыболов­ного прессинга крупная рыба, и прежде всего лещ, ведет себя очень капризно и осторожно. Именно это и делает ловлю леща в Кузьминках такой интересной и привлекательной.

Верхний пруд – самый большой в каскаде Кузьминских прудов. Именно здесь леща больше всего. Глубина пру­да до четырех метров, однако ловля вда­ли от берега редко приносит хороший результат. Лещ, возможно, и держится значительную часть времени на глуби­не, но кормиться он выходит к берего­вым бровкам. Насколько можно судить, у разного по размеру леща есть свои предпочтения. Мелкий подлещик чаще держится в верхней части пруда, а круп­ный в нижней. Хотя рельеф дна очень простой, но в прибрежной зоне разли­чия есть. Так, у правого берега бровка достаточно крутая, и несколько лет под­ряд взрослый лещ держался именно там. В этом году он по какой-то причине сме­стился к левому берегу и стал брать на пологом свале.

Бровка проходит сравнительно неда­леко от берега, и глубина здесь всего 1,3– 1,5 метра, поэтому вполне хватает уди­лища длиной 5–6 метров. Многие ры­боловы предпочитают ловить маховой удочкой с глухой оснасткой, поскольку ею удобно ловить плотву и карася. Но ес­ли рассчитываешь на крупного леща, то стоит использовать удилище с кольцами и катушкой. Основная леска у меня 0,16– 0,17 мм, поводки 0,12–0,14 мм. С повод­ком 0,1 мм поклевок было бы больше, но у берега идет полоса травы, и с тонким поводком удержать крупную рыбу, если она вдруг вознамерится уйти в эти зарос­ли, не получится.

Крючки небольшие, обычно Owner № 14. Когда начинает попадаться при­личный лещ, ставлю № 12, и это макси­мальный размер для ловли этой рыбы. Лучше использовать крючки с цевьем средней длины, с жалом, загнутым во­внутрь. Как я замечал, лещ редко глубо­ко заглатывает крючок с загнутым жа­лом, а это важно, если пойманную рыбу отпускаешь.

При ловле осторожной рыбы главное требование к снасти – чувствительность. Поэтому использую легкие поплавки с длинной антенной. В безветренную по­году ставлю граммовые поплавки, в ве­тер приходится переходить на 1,5+1 г. Пробовал ставить чуть больше, но понял, что чувствительность падает. Поплавок я огружаю следующим образом: основ­ное грузило топит только его тело, два маленьких грузила притапливают антен­ну до половины, а совсем маленький под­пасок при этом лежит на дне. Когда по­года позволяет, маленькие грузила раз­двигаю на расстояние, равное половине длины антенны. При поклевке, если ры­ба поднимает подпасок и маленькое гру­зило, антенна поднимается еще на чет­верть своей длины, а если оба, то видна вся антенна. В ветреную погоду оба гру­зила я сдвигаю вниз к подпаску. Чувстви­тельность снасти падает, зато собранное в точке грузило лучше держит дно, и ос­настку меньше сносит.

НАСАДКИ И ПРИКОРМКА

Ловят здесь в основном на белый хлеб, на прищип. Кусочек мякоти белого хлеба размером с вишню прищипывают пальцами на цевье – у жала хлеб должен быть пушистым. Мнения относительно самого «лещового» сорта хлеба разные. Кто-то предпочитает подовый, другие обычный «Нарезной», некоторые кунжут­ный. Я не считаю, что это принципиаль­но; главное условие, чтобы хлеб был све­жий и хорошо лепился на цевье.

Хлеб далеко не самая прочная насад­ка, поэтому в прошлом году я попробовал ловить на мотыля. Мотыль, как приня­то думать, работает практически на лю­бых водоемах и в любое время года. Но на Кузьминских прудах я за два дня не пой­мал на него ни одного подлещика. Даже плотва клевала лучше на хлеб. А на моты­ля брал только мелкий окунь.

Несмотря на то что хлеб в пруды бро­сают в огромном количестве, прикармли­ваю я тоже им. Прикормку готовлю сам. Сушу остатки хлеба, но не до состояния сухаря, а чтобы он стал черствым, по­том тру его на крупной терке. Получают­ся мелкие кусочки. Плотва ими может на­есться, а для леща этого мало. Смешиваю тертый хлеб с распаренной перловкой и геркулесом. В качестве ароматизатора использую какую-нибудь летнюю лещо­вую прикормку, обычно «Миненко». Ле­щовые прикормки обладают сильным за­пахом, поэтому добавляю совсем немно­го, всего столовую ложку на килограмм смеси. Килограмма обычно хватает на од­ну рыбалку, на три-четыре часа. Пробо­вал прикармливать и чистой прикорм­кой, но эффект обратный: рыба отходит, даже плотва.

Летом в городских парках в дневное время почти всегда шумно, поэтому ре­зонно предположить, что такая осторож­ная рыба, как лещ, будет выходить на кор­межку или ночью, или в утренних сумер­ках. На самом же деле ранним утром лещ не берет вообще, а поклевки начинают­ся не раньше восьми часов. Обычно вы­ход продолжается до 10 часов, потом пе­рерыв. Второй период активности бывает с 11:30 до 13:00. Вечером чаще попадает­ся подлещик, а лещи клюют как исклю­чение, зато карась вечером берет много лучше, чем утром. Бывает, что утром бе­рет только лещ и подлещик, а вечером на том же месте только карась – такое вот временное размежевание пищевых кон­курентов.

Поклевки леща обычно легко отли­чить от поклевок любых других рыб. Он берет неспешно, можно сказать, лениво. При обилии корма он не бывает голод­ным и если уж соблазняется насадкой, то долго ее пробует. Нередко поклевка мо­жет продолжаться пять, а то и десять ми­нут. У рыболовов, не привыкших к тако­му поведению рыбы, обычно не выдержи­вают нервы. Лещ может чуть приподнять поплавок, немного увести его в сторону, притопить, но подсекать бесполезно, на­до ждать. Иногда рыба снимает насадку, иногда просто бросает ее. Подсекать же следует только в том случае, если лещ уве­дет поплавок под воду или поплавок вы­соко поднимется. Первое бывает значи­тельно чаще, хотя это и не характерно для леща. Но и четкая поклевка совсем не гарантирует успешной подсечки. Видимо, лещ не всасывает приманку, а держит ее в своих «выдвижных» губах. В этом случае сход почти неизбежен.

Клев леща очень непредсказуем. Бы­вает, что при самых благоприятных усло­виях не увидишь ни одной поклевки, бы­вает и наоборот. В этом году самая удач­ная рыбалка у меня была в минувшую субботу, в солнечную погоду, когда во­круг было огромное количество отдыха­ющих. Играла музыка, на пруду плавало множество лодок, а лещ клевал до двух часов дня. Причем вместе с килограммо­выми лещами попадались и хорошие, по 300–400 грамм, караси.

Лето в разгаре, многие рыболовы от­правились в отпуск, другие перебрались на дачи, но тех, кто вынужден оставать­ся в городе, Кузьминские пруды продол­жают радовать непростой, но очень инте­ресной рыбалкой.

В каскаде Кузьминских пру­дов самым большим является Верхний Кузьминский (пло­щадь 14,5 га, средняя глубина 2,5 м, объем воды 360 тыс. куб. м). Второй по величине – Шибаевский (9 га, 2 м, 180 тыс. куб. м), третий – Нижний Кузьминский (4,6 га, 2,5 м, 115 тыс. куб. м) и самый малень­кий – Щучий (2,0 га, 2,5 м, 50 тыс. куб. м).

Кузьминские пруды располо­жены на реке Чурилихе (дру­гие названия – Голедянка, Пономарка, Люблинка). Это приток реки Нищенки, которая в свою очередь является при­током Москвы-реки. Чурилиха в верхнем течении полностью заключена в коллектор. На поверхность она выходит уже перед Кузьминскими прудами и течет в открытом русле до Люблинской улицы, где снова уходит под землю и впадает в Нищенку под землей. Нищенка – одна из самых грязных рек столицы. Она течет по большей части в коллекторах и впадает в Москву-реку ниже Перервин­ской плотины.

Впервые местность, где сей­час расположен Кузьминский парк, упоминается в 1623 году: «…на берегу речки Чури­лихи пустошь с мельницей». Поначалу эти места так и на­зывали – Мельница. Откуда взялось название Кузьминки, не вполне ясно. По одной из версий, недалеко от мельницы находилась церковь во имя бессребреников Космы и Да­миана, а поскольку праздники в честь этих святых в народе назывались Кузьминками, то это название закрепилось и за окрестностями церкви. И мельница, и церковь были раз­рушены в Смутное время.

В 1702 году Петр I пожаловал Кузьминскую пустошь в вотчи­ну «именитому человеку» Гри­горию Строганову. В 1757 году внучка Строганова Анна Алек­сандровна вышла замуж за кня­зя Михаила Михайловича Голи­цына. Именно Голицын устроил на Чурилихе каскад из четырех прудов – Верхнего и Нижнего Кузьминских, Шибаевского и Щучьего. К середине XIX сто­летия стараниями Голицыных в Кузьминках сложился один из лучших дворцово-парковых ансамблей России. На Нижнем пруду был устроен искусствен­ный остров с беседкой – Бере­зовым домиком. Висячий мост, соединявший островок с бере­гом, был построен в 1826 году по проекту Д. Жилярди. Велико­лепную чугунную ограду вокруг пруда со скульптурами львов отливали по рисункам Ворони­хина и Жилярди на Пашийских заводах на Урале.

С начала XX века усадьба ста­ла приходить в упадок. В 1916 году, сгорел главный дом. В 1918 году многочисленные чугунные садово-парковые украшения были выворочены из земли и проданы как втор­сырье, разломали даже гра­нитную набережную.

В настоящее время от всех построек Кузьминок уцелели церковь Влахернской Бого­матери, павильон Египетский домик, здание Конного двора и небольшой флигель – Дом на плотине, или Мельничный флигель. Он был построен в 1840-х годах на цоколе бывшей мельницы. Его как раз видно на фото в статье.

Источник

1231. Кузьминские лещи

Обычно к водоемам, которые расположены в черте мегаполиса, рыболовы относятся весьма скептически: трудно поверить, что среди каменных джунглей может водиться какая-то приличная рыба. Чаще всего люди приходят со снастями на городской пруд, чтобы просто отвести душу, когда нет возможности выбраться на нормальную рыбалку. Но такое отношение если и справедливо, то не везде. По крайней мере завсегдатаи Кузьминских прудов с ним вряд ли согласятся.

Кузьминские пруды – это каскад из четырех водоемов. Когда они появились, никто не знает. Точно больше двухсот лет назад. Причем долгое время пруды целиком ни разу не спускали. Во всяком случае, самый большой и глубокий верхний пруд последние полвека не «облагораживали».

Кузьминские пруды целиком находятся в парке. Рядом нет ни автомобильных дорог, ни жилых домов. В прудах водится практически вся рыба средней полосы: судак, щука, окунь, карась, лещ, бычок, пескарь, но особенно много плотвы, которая чаще всего и ловится. Есть здесь и белый амур, и толстолобик – их запустили лет 10–15 назад, и они хорошо прижились. Амура периодически ловят на корку хлеба с дальним забросом, причем экземпляры попадаются вполне приличные, по 5–7 кг и больше.

При всем разнообразии рыбы, в последние годы главной целью местных рыболов стал лещ. Причем не подлещик, а вполне взрослые экземпляры от килограмма. История появления в прудах леща покрыта тайной, однако достоверно известно, что специально его сюда не запускали.

Все мое детство прошло на берегах этих прудов, но в те годы леща здесь никто не ловил, его просто не было. Он появился позже, в конце 80-х годов, и как-то сразу во всех прудах. Говорили, что был большой замор на пруду в Косино, с которым Кузьминские пруды соединялись маленькой речушкой, сейчас убранной в трубу, и что рыба, спасаясь от замора, скатилась в Кузьминки. Насколько это так, сказать трудно.

До недавнего времени специально леща здесь ловили редко, все предпочитали плотву или карася. В этом году сезон начался тоже с плотвы. Она расплодилась в таком количестве, что, собравшись на прикормку, не давала насадке опуститься на дно.

Потом клев плотвы стал ослабевать, но зато начал попадаться лещ. Был пойман рекордный экземпляр весом более 2 кг, было несколько рыб по килограмму, однако чаще шел подлещик весом 350–500 грамм. Местные рыболовы все друг друга знают, и информация о том, кто что поймал, разлетается сразу и обычно без преувеличений, так как редко кто ловит в одиночку.

Хотя рыба, в том числе и лещ, есть во всех прудах, чаще всего ее ловят на верхнем, самом большом. Особенность пруда в том, что в нижней его части недалеко от берега проходит четкая бровка. Где-то до нее семь метров, где-то десять. В любом случае ее можно облавливать обычной удочкой. Удобных мест для ловли на пруду много, но в нижней, самой интересной части их всего с десяток. Как правило, каждый день там кто-то ловит и, конечно, прикармливает рыбу. Здесь она и концентрируется.

На пруду, как и на многих других городских водоемах, живут утки, и каждый, кто приходит на берег, считает своим долгом покормить их хлебом. Хлеб и служит для всей белой рыбы основным кормом. По этой причине прикормка здесь хотя и не бывает лишней, но решающей роли не играет. У каждого рыболова свои «секретные» рецепты, но все обычно сводится к панировке, геркулесу, кукурузе, иногда жмыху. Объем закорма небольшой, я перед ловлей бросаю «в поплавок» 5–6 шариков размером с куриное яйцо и потом уже не докармливаю.

Насадкой практически всегда служит мякоть свежего белого хлеба. Тут предпочтения могут быть разные. Одни ловят на кунжутный, другие на обычный «Нарезной», но лучшим считается подовый, его часто продают под названием «Пшеничный». Привозят его в магазины понемногу, и рыбаки стараются его купить утром, сразу после завоза. Главное требование к хлебу – чтобы он был нежным и липучим. Если хлеб сыпется при сжатии, то при первой же поклевке он сваливается с крючка. Ловят «на прижим», то есть кусок мякоти белого хлеба размером приблизительно 1,5 на 1,5 см обжимают вокруг крючка так, что- бы у цевья он был сжат, а остальная часть оставалась пушистой. В воде он еще разбухает и становится очень пышным.

Так как ловля идет на дистанции максимум 8–9 метров от берега, то подходят удочки длиной обычно до пяти метров, но обязательно с кольцами и катушкой. Это непременное условие, так как поклевка крупного леща или даже белого амура вполне реальна, а справиться с ними с помощью глухой снасти просто невозможно.

Поплавок нужен с длинной тонкой антенной, грузоподъемностью 1,5–3 грамма. В тихую погоду можно поставить и более чувствительный, так как течения здесь практически не ощущается, хотя пруд проточный. Оснастки все монтируют по своему вкусу. Я на конце основной лески привязываю маленький вертлюжок, к которому креплю поводок. Вплотную к нему расположен первый грузик весом 0,4 г, над ним в 5 см второй такой же, через 50 см маленькая оливка, притапливающая тело

поплавка. Снасть настроена таким образом, что, когда нижнее грузило находится на дне, из воды торчит верхняя часть антенны. При поклевке, когда рыба поднимает нижнее грузило, антенна показывается из воды до половины, когда два нижних – поднимается полностью.

Основная леска у меня 0,2 мм. Некоторые ставят и 0,25 мм – рыба здесь мало обращает внимание на толщину лески. Поводок длиной 10–12 см, диаметром 0,12 мм. Крючок относительно большой – № 10, на более мелком трудно закрепить объемную насадку.

В отличие от плотвы лещ берет очень осторожно. Он долго пробует насадку, чуть приподнимет поплавок, отпустит, чуть придавит, снова отпустит. Может чуть сдвинуть его с места, но подсекать бесполезно, нужно дождаться активных действий: высокого подъема, ухода в сторону или под воду. Игра с насадкой может продолжаться несколько минут, и тогда от рыболова требуется большая выдержка. Иногда, играя с насадкой, лещ сбивает ее, и поплавок перестает двигаться. В любом случае с подсечкой спешить не стоит.

На замкнутых водоемах рыба берет по своему собственному графику. Иногда лещ, как и везде, клюет ранним утром. В это время он подходит совсем близко к берегу и берет буквально в метре от уреза воды, за узкой полосой травы, где глубина всего около метра. Несмотря на мелководье, и здесь случаются поклевки хороших лещей. Впрочем, утренний клев очень нестабильный. Как правило, лучше всего лещ берет днем. Понятно, что любой городской водоем летом – место довольно шумное: музыка, детские визги, плавающие тут и там лодки. Тем не менее лещ словно не замечает всего этого, причем нередко клюют и крупные экземпляры.

Случается, что на лещовую снасть попадается белый амур. Тогда уже начинается представление с участием большого количества зрителей. Недавно мой приятель зацепил амура на 6,5 кг, причем было это днем в субботу. Собралась целая толпа отдыхающих, и все принялись давать советы, причем женщины наперебой требовали тащить рыбу быстрее, чтобы она меньше мучилась. В таких ситуациях от рыбака требуется исключительное самообладание, зато и рыбалка приобретает новые краски. Особенно если удается не упустить трофей и сорвать аплодисменты «зала».

Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов

Источник

Кузьминские лещи

Обычно к водоемам, которые расположены в черте мегаполиса, рыболовы относятся весьма скептически: трудно поверить, что среди каменных джунглей может водиться какая-то приличная рыба. Чаще всего люди приходят со снастями на городской пруд, чтобы просто отвести душу, когда нет возможности выбраться на нормальную рыбалку. Но такое отношение если и справедливо, то не везде. По крайней мере завсегдатаи Кузьминских прудов с ним вряд ли согласятся.

Кузьминские пруды – это каскад из четырех водоемов. Когда они появились, никто не знает. Точно больше двухсот лет назад. Причем долгое время пруды целиком ни разу не спускали. Во всяком случае, самый большой и глубокий верхний пруд последние полвека не «облагораживали».

Кузьминские пруды целиком находятся в парке. Рядом нет ни автомобильных дорог, ни жилых домов. В прудах водится практически вся рыба средней полосы: судак, щука, окунь, карась, лещ, бычок, пескарь, но особенно много плотвы, которая чаще всего и ловится. Есть здесь и белый амур, и толстолобик – их запустили лет 10–15 назад, и они хорошо прижились. Амура периодически ловят на корку хлеба с дальним забросом, причем экземпляры попадаются вполне приличные, по 5–7 кг и больше. С толстолобиком ситуация иная. Он ходит целыми стадами, но ни на что не берет. Часто в тихую солнечную погоду он поднимается и греется на солнце, что вызывает бурную реакцию отдыхающих.

При всем разнообразии рыбы, в последние годы главной целью местных рыболов стал лещ. Причем не подлещик, а вполне взрослые экземпляры от килограмма. История появления в прудах леща покрыта тайной, однако достоверно известно, что специально его сюда не запускали.

Все мое детство прошло на берегах этих прудов, но в те годы леща здесь никто не ловил, его просто не было. Он появился позже, в конце 80-х годов, и как-то сразу во всех прудах. Говорили, что был большой замор на пруду в Косино, с которым Кузьминские пруды соединялись маленькой речушкой, сейчас убранной в трубу, и что рыба, спасаясь от замора, скатилась в Кузьминки. Насколько это так, сказать трудно.

До недавнего времени специально леща здесь ловили редко, все предпочитали плотву или карася. В этом году сезон начался тоже с плотвы. Она расплодилась в таком количестве, что, собравшись на прикормку, не давала насадке опуститься на дно.

Потом клев плотвы стал ослабевать, но зато начал попадаться лещ. Был пойман рекордный экземпляр весом более 2 кг, было несколько рыб по килограмму, однако чаще шел подлещик весом 350–500 грамм. Местные рыболовы все друг друга знают, и информация о том, кто что поймал, разлетается сразу и обычно без преувеличений, так как редко кто ловит в одиночку.

Хотя рыба, в том числе и лещ, есть во всех прудах, чаще всего ее ловят на верхнем, самом большом. Особенность пруда в том, что в нижней его части недалеко от берега проходит четкая бровка. Где-то до нее семь метров, где-то десять. В любом случае ее можно облавливать обычной удочкой. Удобных мест для ловли на пруду много, но в нижней, самой интересной части их всего с десяток. Как правило, каждый день там кто-то ловит и, конечно, прикармливает рыбу. Здесь она и концентрируется.

На пруду, как и на многих других городских водоемах, живут утки, и каждый, кто приходит на берег, считает своим долгом покормить их хлебом. Хлеб и служит для всей белой рыбы основным кормом. По этой причине прикормка здесь хотя и не бывает лишней, но решающей роли не играет. У каждого рыболова свои «секретные» рецепты, но все обычно сводится к панировке, геркулесу, кукурузе, иногда жмыху. Объем закорма небольшой, я перед ловлей бросаю «в поплавок» 5–6 шариков размером с куриное яйцо и потом уже не докармливаю.

Насадкой практически всегда служит мякоть свежего белого хлеба. Тут предпочтения могут быть разные. Одни ловят на кунжутный, другие на обычный «Нарезной», но лучшим считается подовый, его часто продают под названием «Пшеничный». Привозят его в магазины понемногу, и рыбаки стараются его купить утром, сразу после завоза. Главное требование к хлебу – чтобы он был нежным и липучим. Если хлеб сыпется при сжатии, то при первой же поклевке он сваливается с крючка. Ловят «на прижим», то есть кусок мякоти белого хлеба размером приблизительно 1,5 на 1,5 см обжимают вокруг крючка так, что- бы у цевья он был сжат, а остальная часть оставалась пушистой. В воде он еще разбухает и становится очень пышным.

Так как ловля идет на дистанции максимум 8–9 метров от берега, то подходят удочки длиной обычно до пяти метров, но обязательно с кольцами и катушкой. Это непременное условие, так как поклевка крупного леща или даже белого амура вполне реальна, а справиться с ними с помощью глухой снасти просто невозможно.

Поплавок нужен с длинной тонкой антенной, грузоподъемностью 1,5–3 грамма. В тихую погоду можно поставить и более чувствительный, так как течения здесь практически не ощущается, хотя пруд проточный. Оснастки все монтируют по своему вкусу. Я на конце основной лески привязываю маленький вертлюжок, к которому креплю поводок. Вплотную к нему расположен первый грузик весом 0,4 г, над ним в 5 см второй такой же, через 50 см маленькая оливка, притапливающая тело

поплавка. Снасть настроена таким образом, что, когда нижнее грузило находится на дне, из воды торчит верхняя часть антенны. При поклевке, когда рыба поднимает нижнее грузило, антенна показывается из воды до половины, когда два нижних – поднимается полностью.

Основная леска у меня 0,2 мм. Некоторые ставят и 0,25 мм – рыба здесь мало обращает внимание на толщину лески. Поводок длиной 10–12 см, диаметром 0,12 мм. Крючок относительно большой – № 10, на более мелком трудно закрепить объемную насадку.

В отличие от плотвы лещ берет очень осторожно. Он долго пробует насадку, чуть приподнимет поплавок, отпустит, чуть придавит, снова отпустит. Может чуть сдвинуть его с места, но подсекать бесполезно, нужно дождаться активных действий: высокого подъема, ухода в сторону или под воду. Игра с насадкой может продолжаться несколько минут, и тогда от рыболова требуется большая выдержка. Иногда, играя с насадкой, лещ сбивает ее, и поплавок перестает двигаться. В любом случае с подсечкой спешить не стоит.

На замкнутых водоемах рыба берет по своему собственному графику. Иногда лещ, как и везде, клюет ранним утром. В это время он подходит совсем близко к берегу и берет буквально в метре от уреза воды, за узкой полосой травы, где глубина всего около метра. Несмотря на мелководье, и здесь случаются поклевки хороших лещей. Впрочем, утренний клев очень нестабильный. Как правило, лучше всего лещ берет днем. Понятно, что любой городской водоем летом – место довольно шумное: музыка, детские визги, плавающие тут и там лодки. Тем не менее лещ словно не замечает всего этого, причем нередко клюют и крупные экземпляры.

Случается, что на лещовую снасть попадается белый амур. Тогда уже начинается представление с участием большого количества зрителей. Недавно мой приятель зацепил амура на 6,5 кг, причем было это днем в субботу. Собралась целая толпа отдыхающих, и все принялись давать советы, причем женщины наперебой требовали тащить рыбу быстрее, чтобы она меньше мучилась. В таких ситуациях от рыбака требуется исключительное самообладание, зато и рыбалка приобретает новые краски. Особенно если удается не упустить трофей и сорвать аплодисменты «зала».

Источник