какая змея катится колесом
Амфисбена – что за тварь?
Продолжаем раздел «Тотальная кошка» и подраздел «История» статьёй Амфисбена – что за тварь? Где постараемся ответить на вопрос. А заодно понять, может ли полоз кататься колесом. Как ни странно, эти две вещи связаны в глубинах тысячелетий. Между прочим, у нас уже есть ряд статей про связь времён: «Назначение загадочных пещерных комплексов в «пещерных городах» Крыма», «Исторические корни песни ЛАДУШКИ», «Колобок – кто / что он?».
Полоз – это такая НЕ ядовитая змея. В природе ест мелких грызунов и земноводных. Она длиннее похожа на ужа, но длиннее его (потому что они из одного семейства):
Есть интересная деревенская легенда о полозе (рассказал преподаватель на курсе зоологии позвоночных): полоз, если встретишь его на лесной тропинке, не теряется и не бежит, как остальные змеи. Он хватает зубами хвост, становится колесом-обручем и катится на потенциального обидчика.
Само собой, змеи так делать не могут. Но, как ни странно, у этой деревенской легенды очень длинные, вросшие в тысячелетия корни. Во времена, когда древние греки начали общаться с прото-славянскими племенами.
Здесь мы переходим к тому, что такое амфисбена.
В переводе с древнегреческого – ходящая в обе стороны. Пустынная ядовитая змея, которая питается людьми и муравьями. Передвигается, сцепившись зубами и катится в виде обруча. Вы уже видите связь?
Интересно, что свойство амфисбены кататься подобно обручу, сцепившись головами, описывается очень многими античными и средневековыми авторами. Другие признаки появлялись и исчезали – перья, чешуя, крылья, лапы… Но эта способность сохранялась. Очень сложно сказать, кто первоисточник этой необычной истории. Возможно даже, кто-то пошутил. Но шутка оказалась настолько живучей, что просуществовала больше тысячи лет в оригинальном виде.
Теперь снова вернёмся к полозу. Например, на степной территории Украины ещё не вымер желтобрюхий полоз. Он вырастает до 2 метров в длину. И в отличие от других змей, очень агрессивен. Он может прыгать на расстояние до 2 метров, целясь в лицо обидчику. Укус не ядовит, но неприятен, ведь полоз не чистит зубы.
Этот полоз в те времена, когда завязывались контакты древних греков и славян, был намного более распространён. Так что вполне логично, когда греки на собственном опыте узнали нрав желтобрюхого полоза (а у страха глаза велики), то узнали в змее амфисбену. И, само собой, подробно рассказали о свойствах амфисбены = полоза кататься колесом.
Вот и скрестились повадки мифического чудовища, катавшегося колесом, и безобидной, но агрессивной змеи.
Несмотря на то, что этого качества ни один человек не видел, легенда прижилась и пережила тысячи лет не только на Западе, но и у нас. Но не в виде мифического животного, а в виде мифического свойства обычного полоза.
Так что в некотором роде амфисбена – это обычный полоз 🙂
Как ни странно, идея о мистичной змее, кусающей свой хвост, распространена и в Индии, и в мифологии Древнего Египта, и в скандинавских сагах, и даже в мифах племён Южной Америки. Наиболее известное название такой змеи – Уроборос.
Но, похоже, славяне оказались наиболее здравым народом, оставив подобным змеям лишь место в деревенской легенде 🙂
Легендарные змеи Америки
Катящаяся смерть
Первым о змее с жалом в хвосте упомянул Роберт Беверли в «Истории Вирджинии» (Лондон, 1722). По его словам, «змея с такой яростью бьет хвостом все, что ее раздражает, что, ударив по прикладу ружья, уже не сможет высвободить застрявший шип» [1].
Странный способ передвижения заметили еще позже. Британец Джон Фердинанд Смит, проезжая в 1780-х годах по землям будущего штата Северная Каролина, услышал о такой змее от крестьян:
Индейцы племени чероки говорят, что шипастая змея существует, но встречается очень редко, и считается очень ядовитой. Д-р Батлер, подготавливая хвост к консервации, ощутил серьезную не проходящую некоторое время тошноту. Он считает, что заболел из-за змеиного яда» [3].
Сочлененная змея
Другая до сих пор не получившая научного признания змея совершенно безобидна. Она не ядовита и спасается от врагов как ящерица, жертвуя отброшенным хвостом. Если ее ударить палкой, змея рассыплется на десяток извивающихся частей. Фермеры думают, что если оставить сочлененную змею в покое, части снова соединятся в единое целое. Другие говорят, что каждый кусок со временем превратится в полноценную змею, отрастив новые хвост и голову.
Первое упоминание о такой змее на страницах серьезной литературы содержится в «Американской всеобщей географии» 1802 года:
«Сочлененная змея. является очень странным созданием. Ее кожа, твердая, словно пергамент, и гладкая как стекло, красиво украшена черными и белыми полосками. Она столь негибка, что вряд ли может свернуться в кольцо. Если ее ударить, она ломается, как пустой стебель тростника. При желании ее можно ударами кнута разбить на части длиной не более дюйма и не пролить ни капли крови. Она не ядовита» [6].
Генри Филпо из Айовы утверждал, что это описание неточно. Змея не ломается в произвольном месте, а «разбирается» по заранее намеченным линиям. Каждый из кусков на одном конце имеет особые выступы, а на другом отверстия, в которые входят выступы соседнего куска. В отличие от ящериц, на месте разлома у сочлененной змеи не выступает ни капли крови:
«В первый раз я увидел такую змею, когда мне было 14 лет. Дело было в полдень, и мы занимались уборкой сена. Я взял вилы и прижал ее к земле, не убивая. Каково же было мое удивление, когда в следующий момент передо мной лежали полдюжины не связанных друг с другом кусков! Я не заметил, каким образом произошло разделение, одновременно или поочередно, но очень быстро. Передняя часть была самой длинной, около трети всей ее длины. Она не подавала признаков жизни, но товарищи сказали, что змея притворяется и ждет момента, чтобы укусить. Задние части, наоборот, активно шевелились. Я подобрал одну из них и увидел что-то вроде столярного соединения с выступами и отверстиями под них. Каждая часть змеи имела пять выступов, напоминающих землянику на ножке, и пять отверстий на противоположном конце. Где же внутренности? Наверное, все они остались в передней трети тела, а отделившиеся куски объединены только нервами для управления мышцами и общим кровотоком.
Год спустя я едва не наступил на сочлененную змею, ползущую по лугу. На сей раз я позволил ей залезть под косу. Когда лезвие оказалось примерно посередине, я нажал ногой и разрезал рептилию пополам. Как я и ожидал, змея рассыпалась на части. На месте разреза обильно текла кровь, а там, где змея разделилась сама, не пролилось ни капли. Как и в первом случае, она распалась на одинаковые куски» [7].
Зоологи предполагали, что за змею люди принимали безногую ящерицу Ophisaurus ventralis (панцирная веретенница), живущую на юге США. Народ ее прозвал «стеклянной змеей» за способность при опасности отбросить хвост, занимающий две трети тела. Хвост разделяется на несколько бьющихся кусков, отвлекающих внимание хищников, а голова с передней третью тела притворяется мертвой и потом тихо отползает. Но у веретенницы нет механизма разделения с выступами и отверстиями, как у сочлененной змеи, и в месте разрыва она кровоточит. Кроме того, ящерица живет в нескольких штатах, а сочлененную змею видели по всей стране [8].
Ползучая экзотика
Многие американцы видели змей, не имеющих даже приблизительных аналогов в признанном зоологами животном мире. Самая странная из них – крылатая змея. Очевидцы говорят, что она может планировать над землей за счет коротких крыльев и даже парить в восходящих потоках воздуха. В Эверглейдсе, штат Флорида, змея взлетела в небо с кроны старого апельсинового дерева и начала кружиться в воздухе. «В длину она была около 35 футов [10,5 м] и имела четыре крыла, лысой головой напоминая африканскую гадюку, – сообщила об увиденном газета «The Philipsburg Mail». – Хвост заостренный, глаза горят, будто огонь, а язык явно указывает на ее ядовитость» [9].
Другая рептилия, не раз вызывавшая панику у американцев – капустная змея. Она настолько мала, что ее можно принять за необычного червяка, и обожает прятаться среди овощей. Прокусить кожу человека капустная змея не может, но если ее случайно бросить в кастрюлю вместе с овощем, все отведавшие супа умрут за считанные часы. В 1903–1904 годах паника, вызванная этой змеей, нанесла серьезный урон фермерам. Тонны капусты сгнили из-за того, что домохозяйки отказывались ее покупать. Ученые сошлись на том, что люди принимали за «капустных змей» нематод и других безвредных червей, а случаи тяжелых и смертельных отравлений не имели ничего общего с их попаданием в капусту [10]. Тем не менее, похожие истории время от времени привлекают внимание прессы и в наши дни. Последний случай попадания змеи в капусту, потребовавший госпитализации ненароком съевших змеиное мясо 35-летней женщины и ее 15-летней дочери, произошел в Индии в 2017 году [11].
По последним расчетам, на Земле обитает 8,7 миллионов видов животных, причем большая их часть до сих пор не открыта. Каждый день ученые описывают 20 новых видов животных. Возможно, однажды среди них окажутся и легендарные змеи Америки.
Литература
1. Beverly R. History of Virginia. L., 1722, p. 261.
2. Smyth J. A Tour in the United States of America. Vol. I. L., 1784. Pp. 263–265.
3. Ellsworth J. Hoop snake // Scientific Tracts. Vol. IV. Boston, 1835, Pp. 156–157.
4. Schmidt P. The Hoop Snake Story // Natural History. Vol. XXV. № 1 (January-February 1925). Pp. 76–81.
5. Clark J. Unexplained! 3 ed. Detroit-L., 2013. p. 269.
6. Morse J. The American Universal Geography. Part I. Boston, 1802. p. 216.
7. Philpott H. The Chain-Snake // The American Magazine. Vol. VII (Nov. 1887 – April 1888). Pp. 755–758 (Рассказ очевидца приводится со значительными сокращениями).
8. Jordan S. A Manual of the Vertebrate Animals of the Northern United States. Chicago, 1894. p. 202.
9. Snake 35 feet long, with wings // The Philipsburg Mail, July 21, 1899.
10. Chittenden F. The Cabbage Hair-Worm // United States Department of Agriculture. Circular № 62. Revised edition, July 28, 1908.
Что я слышал о змеях
Кое-что, что я слышал о змеях, и то, что видел собственными глазами.
У человека на уровне инстинкта заложено чувство неприятия всяких ползучих гадов.
После того, как вся орава сорванцов начинала засыпать, в действие приводился коварный план. Надо было не торопясь, осторожно, вытаскивать нить из под лежащего на ней соседа.
Вспоминаю полного флегматичного парня, что спал на соседней кровати. Два раза я проделывал с ним подобную шутку. Причем оба раза с неизменным успехом. “Боровок”, так мы звали этого парня, вообще был пугливым парнем.
Однажды мы всем пионерским отрядом пошли в двухдневный поход на место стоянки партизанского отряда. Прибыли, расположились в нескольких землянках. Они хорошо сохранились после войны и представляли из себя продолговатые сооружения из бревен в два наката вместо крыши. Сверху бревна были засыпаны землей и заложены дерном.
С одной стороны землянки имели небольшое окно, расположенное горизонтально на крыше, вровень с землей, а с другой входную дверь. С обеих сторон от центрального прохода располагались нары для сна из березовых бревен. А под окном был сколочен большой стол.
Побросав свои вещевые мешки на нары, мы вышли на поляну. Пионерский вожатый начал рассказывать нам о партизанах. “Боровок” стоял несколько в стороне и внимательно слушал.
В это время по тапочку его ноги медленно проползла медянка. Так в наших местах называют небольших змеек, длиной в пятнадцать, максимум тридцать сантиметров. В глухих партизанских местах их водилось страсть как много. Не знаю, насколько они были ядовиты. Мы их считали ядовитыми не более, чем ужей. “Тяпнуть” зубами они могли, но без особых плачевных последствий. Это далеко не то же самое, что страшная гадюка.
Ребята заметили медянку прежде “Боровка” и мгновенно сказали ему об этом. Реакция была следующей: он закатил глаза и как подкошенный упал наземь.
Медянка уползла, а пионервожатый лишь через несколько минут, с помощью воды из фляжки, вылитой на лицо парня, смог привести его в чувство.
Моего отца, который рыбачил босиком на берегу речушки, однажды укусила такая медянка. Большой красный волдырь на пальце ноги не сходил пару дней, а потом сам по себе исчез, без использования какого-либо лечения.
Говорят, что и укус ужа страшен не ядом, его просто нет у этой твари, а остатками на его зубах микробов от всякой всячины, что он заглатывает. Что вовсе не придает нам симпатии от общения с ним.
В наших краях доводилось встречать три вида гадюк.
Было это неподалеку от железнодорожной станции Батагово, под Брянском в 1964 году. Группа молодых ребят из электроцеха цементного завода вечером, после работы, на велосипедах приехала в эту глухомань.
Дело было в конце лета, в лесу, рядом с болотами, где была пропасть брусники.
В двухведерную бутыль насыпалось полведра брусники, заливалась простая вода, бросался сахарный песок совсем в небольшом количестве. Через неделю-полторы напиток настаивался, после чего процеживай через марлю настоявшуюся водичку и получай такой шипучий кисловато-сладкий напиток, которому ни одна пепси-кола и в подметки не годится!
Для продолжения процесса приготовления в бутыль периодически добавляли воду и сахар. Хватало на долго.
Так вот, мы, прибыв на место, как это и было принято среди молодняка, приняли по стакану водки. Ребята, что постарше, начали устраиваться на ночлег, готовить на костре ужин. Те, что были помоложе, вскочив на велосипеды, отправились на танцы в клуб рядом с железнодорожным полустанком.
Местная публика в лице трех деревенских парней и десятка девчонок, под звуки танго и фокстрота, доносившихся из пленочного магнитофона, отплясывала, провожая одного из парней на службу в армию.
Как и водится, дальнейшие события чуть не дошли до драки, но в виду явного нашего преимущества, местные не рискнули ее начать.
Поскольку тутошние красавицы приняли сторону своих ребят, нам не оставалось ничего иного, как с гордым и независимым видом покинуть полуразвалившуюся избу со словами: “Мы и не таких видали!”
Дорога до нашего стойбища в почти кромешной темноте была в версту, а то и боле.
Тонкий серпик месяца явно не справлялся со своими обязанностями. Мой трофейный “Диамант”, привезенный отцом из Германии в 1945 году, едва успевал за новенькими велосипедами моих товарищей. Я изо всех сил нажимал на педали, чтобы не отстать и не заблудиться в лесу.
Надо сказать, что в войну по этим местам наши строили оборонительный рубеж. Оставшиеся с того времени заграждения из колючей проволоки, провалившиеся доты, землянки и залитые водой окопы, были составной частью глухого леса.
Немцы поступили мудрее, направив свои войска не по болотам, а по более проходимым направлениям. То есть просто-напросто обошли все эти укрепления. Так рассказывали об этом наши старшие.
В завершение своей погони за умчавшимися вперед ребятами, я на одном из деревянных мостков, перекинутых через очередной ручей, зацепился педалью за проволоку, что торчала из бревен, которые она связывала.
И со всего маху перелетел через руль, полностью очутившись в воде. Выловив из нее отцовскую фетровую шляпу, в которой он щеголял еще перед войной на своей свадьбе, а потом служившую гнездом для только что вылупившихся цыплят, ежегодно разводившихся нашей семьей, я выкарабкался на мосток. Отцепил от проволоки велик и пошел на свет костра, который мой старший брат развел посильнее, чтобы я видел ориентир. Он уже проявлял признаки беспокойства по поводу моего отсутствия.
Вылив воду из сапог и отжав на скорую руку одежду, развесил с помощью брата все вокруг костра.
На утро, с первыми лучами солнца мы устремились на сбор ягод. Брусники было море. Она устилала зеленый мох белыми и кроваво красными каплями во всех направлениях, куда бы мы ни посмотрели.
Я вышел на поляну, несколько в стороне от сборщиков ягод. И тут волосы на моей голове зашевелились. В десятке метров от меня на высокой кочке, заросшей мхом, вокруг нее, свернувшись кольцом, лежала черная гадюка. Ее кожа была черна, как только что нагуталиненный ботинок, и блестела каким то зловещим светом под ярким солнцем.
Такого зрелища я никогда не видывал. Длина змеи была под два метра, а толщина ее туловища не меньше моей руки. Потревоженная моим появлением, она зашипела и подняла голову.
Уж так повелось, что все мои знакомые, и мальчишки и взрослые, при встрече со змеей, брали хлыст, а в лесу найти, или быстро, с помощью ножа, сделать его было минутным делом, и лупили по змее, пока она не превращалась в извивающиеся куски.
В моем случае мысли о том, чтобы взять хлыст и угробить змею даже не возникло. Такое гигантское пресмыкающееся могло бы одним броском настигнуть меня при малейшей попытке уничтожить его.
Так оно или не так, не знаю, но если бы вы оказались на моем месте, то поступили бы, скорее всего, как и я. Не делая резких движений, начал пятиться назад. И тут, о, ужас! Я услышал шипение второй гадюки, нисколько не меньшей, которую не заметил раньше, и бывшую еще ближе!
Такого стайерского рывка с места мне не доводилось делать ни раньше, ни позже в своей жизни! В течение долей секунды я очутился в полутора десятках метров от места опасности, с прижатым к груди ведром и наполовину рассыпанным от поспешного бегства содержимым.
Не знаю, насколько поверили мне ребята о встрече с огромными змеями, но никто из них, почему-то не пошел перепроверять увиденное мною.
Был случай, когда однажды весной мы с приятелем поехали в лес по ландыши. Время года было какое то чудное, не как обычно. Зима была долгой, а весна запоздалой, хотя ландыши уже и появились. Собирая цветы, я кистью руки коснулся чего-то неприятного, холодного и тотчас отдернул ее.
Отступив на шаг, увидел, как в том месте, где только что вырвал цветок, свернувшись клубком, лежит вялая, еще не совсем проснувшаяся после долгой зимы и быстро наступившей весны, ленточная гадюка. Она, растревожено шипя, приподняла голову.
Я уничтожил змею. Но неприятные воспоминания от контакта с ней запомнились надолго.
Еще в наших краях водится водяная гадюка, ее редко кто видел, но последствия ее укуса мне довелось наблюдать на моем брате.
Летом большинство подобных бочажков пересыхало или мелело настолько, что любое из них можно было процедить снастью из сетки, либо вовсе корзиной из ивняка.
Плотва, окуни, щучки, караси, вьюны, налимы и прочая рыба становились нашей добычей. Когда ловили по нескольку килограммов, а когда и совсем мало.
Если рыбы было много, то ее делили между участниками рыбалки. То есть раскладывали ее на столько кучек, примерно равных и по объему и по ценности рыбы, сколько было рыбаков. Один из них становился спиной к разложенной рыбе, и на вопрос: “кому эта кучка?”, по очереди называл имя каждого рыбака.
Когда рыбы было немного, то всю ее по приходу к кому-либо из участников рыбалки, чистили, жарили и съедали тут же. Вкуснятина, да и только! Такой свежей рыбы ни в одном магазине не купишь!
Во время одной из таких рыбалок моего брата и укусила водяная гадюка. Кто то мельком ее заметил уже после содеянного, а поймать и уничтожить не получилось. Как бы там ни было, по возвращении домой брату стало лихо. Вызвали скорую помощь, медики приехали, сделали нужный укол. Но после их отъезда брату становилось все хуже и хуже.
Тогда мать положила в стакан меду из хранившихся у нее припасов, и я пулей полетел на велосипеде к моей тетке, славившейся умением заговаривать болезни, останавливать словами кровь и вообще ворожить.
И в это время я увидел, что из-под бока приятеля брата выползает уж! Не успел я крикнуть об увиденном, как Хасан, так звали парня, почувствовал недоброе. Лицо его из загорелого превратилось в белое и тело без видимых усилий, будто распрямившаяся пружина, взлетело на метр вверх над землей и он сразу очутился стоящим на двух ногах!
Ни один гимнаст не смог бы проделать подобное.
Ну и чтобы закончить повествование об одних из самых омерзительных тварей, расскажу о той повести, что слышал от своего дяди Семена, моего родственника, много повидавшего на своем веку.
А рассказал он следующее.
Возвращался он как-то с дальнего покоса одного из лугов, что в Никольском лесу. Свое название лес вел от Никольского монастыря, которому некогда, до революции, принадлежал.
Закончив покос, дядя Семен ехал по лесной дороге на телеге, впряженная лошадь неторопливо шла по песку, что в этих краях преобладает повсеместно.
Полуденный зной после раннего покоса сморил мужика, и он задремал от долгой дороги и монотонного скрипа колес.
В очередной раз, подскочив на ухабе, он открыл глаза и увидел, что до опушки леса осталось совсем немного, не более пары верст. Потянулся Семен, зевнул, посмотрел по сторонам. И видит, что впереди, прямо рядом с дорогой на солнце нежится здоровенная гадюка.
Взял он тогда с телеги кнут, и полосанул тварь изо всей силы, да так ловко, что располовинил ее на пару частей.
Телега прокатила с десяток метров, оглянулся Семен назад и тут мороз продрал его по коже, благо, что лето было.
За ним ползет другая змея еще больше и длиннее прежней, должно быть подруга ее. Отомстить что ли хочет? Да так быстро, что того и гляди догонит. Вдругорядь ухватил мужик кнут и начал махать, стараясь попасть по змее, а попасть не может! Кнут прямо, а она влево, кнут влево, а она прямо.
Стеганул возчик лошадь, побежала она рысью. А змея не отстает. И не просто ползет-извивается, а свернулась в кольцо так, что стала напоминать колесо от телеги, что катится.
Голова в сторону отведена, а конец хвоста в землю упирается и как пружина тугая от нее отталкивается!
Начал стегать лошадь Семен что есть силы, полетела она не то что рысью, а галопом. Змея колесом крутится и несется вслед с той же скоростью! Невиданное дело, чтобы так змеи когда передвигались, а она, на тебе, летит как бес.
Только когда на поле выскочила повозка из лесу, смогла она опередить змею. Дорога здесь без ухаб и рытвин, а то не сдобровать бы нашему экипажу!
Отстала гадина. А лошадь пришла домой вся в мыле, седок залпом выпил четверть ведра воды, облился остатком ее и долго сидел на телеге, глядя на дорогу, нет ли кого на ней?
Еще неделю ездил Семен на дальний покос не по прямой, а по объездной дороге, чтобы ненароком не проехать там, где гналась за ним змеюга.
Вообще то, на змеиный праздник в лес ходить людям заказано. На 19 сентября он как раз приходится, в аккурат на мой день рождения, почему и знаю о том.
В этот день змеи в клубки сплетаются, должно быть, последний раз меж собой общаются перед тем как в зимнюю спячку впасть. Лежит себе такой шевелящийся и шипящий живой клубок, только головы гадючьи, да кончики хвостов во все стороны торчат. Ужас, да и только! Лучше их по этой поре не тревожить. Себе дороже.
Задать вопрос Семенычу (автору материалов)
Ремонт квартир в Москве и подмосковье
Работаем с гарантией!
Широкий спектр ремонтных работ.
Профессиональные мастера.
Мифы про змей Кубани
Змеи кажутся людям странными существами. Они ползают, холодные, внезапно выскакивают из-под ног и бывают ещё ядовитыми. Змеи настолько непохожи на всех других животных, что породили кучу мифов и легенд. Скорее всего, многие из них распространены и в других регионах России, но всё мне пришлось слышать в Краснодарском крае.
Гадюка Казнакова (гадюка кавказская). Pelias kaznakovi. Фото: researchgate.net
Гибрид ужа с гадюкой
Очень живучий и распространённый миф, подпитываемый историями “очевидцев”, в которых рассказываются встречи с “мутантами”. Гибриды бывают двух видов. Одни похожи на обычных ужей, но имеют ядовитые зубы. Всегда остаётся загадкой, как люди отличают обыкновенных ужей от необыкновенных, если те и другие похожи. Вторые, это визуально как гадюки, но немного как ужи, и конечно же тоже ядовитые. Тут не повезло водяному ужу, который, скорее всего, и стал причиной мифов. Он действительно обладает всеми пропорциями ужа, но при этом имеет пятнистый, даже немного шахматный окрас. Из-за чего эта рептилия очень часто погибает от рук людей.
Кроме того, нет ни одного доказанного случая появления потомства у ужей и гадюк. А ученые пробовали, кстати.
Катаются колесом
Есть сельские истории про змей, которые катятся колесом и так спасаются от людей или машин. Сложно сказать, что стало источником для данного мифа. Единственное, что приходит на ум, это наложение испуга змеи на испуг человека. То есть, человек случайно наступает или пугает змею, та резко дёргается, возможно, даже подпрыгивает немножко и резко исчезает в растительности. А человеческое воображение в панике начинает рисовать сказочные сюжеты.
Змеи гипнотизируют
Тут, скорее всего тоже большую роль играет человеческий страх. Увидев змею, некоторые впадают в состояние оцепенения, а дальше уже работает воображение.
Змеи Краснодарского края совершенно не готовы к встречам с людьми и почти всегда быстро уползают. Если этого не произошло, значит, она вас не заметила, а если не заметила, значит на вас и не смотрит. А нет зрительного контакта, нет и гипноза. Бывают, конечно, случаи, когда рептилия выбирает тактику нападения, чувствуя, что это лучше, чем убегать. Но это бывает редко и тогда она тоже не смотрит в глаза, а просто кидается.
Водяной уж (Natrix tessellata). Фото: Станислава Войцеховская. Снято в Краснодаре
Лягушка сама залезает в рот змее
Такие истории тоже нередки. Особенно у отдыхающих и рыбаков. В них рассказывается, как уж лежал с открытым ртом, а лягушка сама в него залезала. Отчасти, это продолжение мифов про гипноз.
Дело в том, что змеи не жуют, не рвут добычу и по объективным причинам не помогают себе лапами. По сути, они натягиваются на жертву. И если в начале приёма пищи, видно, как змея перебирает челюстями, как бы проталкивая жертву в себя, то в какой-то момент еда начинает затягиваться за счёт сокращения рёбер. Этот процесс уже видно хуже, а если над водой только голова змеи, то и вовсе не заметен.
Пьют молоко у коров
Чьё воображение и в какой момент родило этот миф, непонятно. Возможно, просто совпало, когда стояла корова, а какая-то змея поднялась немного над землёй. Дальше, как обычно, мозг стал накручивать сюжет.
Кстати, змеям вообще не свойственно пить молоко, во всяком случае, специально искать и добывать его. Если они это и делают, то скорее всего, от большой жажды и чисто случайно.
Змеи хвостом сломают ноги
Змеи жалят языком
Ну это уж совсем полная глупость из сказок.
Змея может залезть на грудь и задушить
Залезть на грудь? Ну, наверное, может. Если вы тёпленький в палатке или заснули в поле, то теоретически змея, как холоднокровное животное, будет искать место погреться. Но душить существо размером в десятки раз больше и тяжелее, не будет.
Морские змеи в Чёрном море
Это одна из самых красивых историй и исключительно южная. Распространена она по всему черноморскому побережью. Люди видя возле берега в воде змею, автоматически причисляют её к ядовитым морским гадам. Но в Чёрном море их нет и даже случайно они не могут сюда попасть, если, конечно, кто-то не выпустит. Морские змеи живут в Индийском и Тихом океанах. А в море всё видят нашего родного водяного ужа, который вполне комфортно чувствует себя в солёной воде и охотится там на мелкую рыбу.