Кто такой колобанов и какой подвиг совершил

«Приказ стоять насмерть»: какую роль в обороне Ленинграда сыграл подвиг танкиста Зиновия Колобанова

20 августа 1941 года (в некоторых источниках упоминается дата 19 августа) в районе деревни Войсковицы Ленинградской области советская танковая рота старшего лейтенанта Зиновия Колобанова заблокировала продвижение нацистских войск и подбила 43 единицы гитлеровской бронетехники. При этом экипаж командира роты уничтожил 22 танка. В результате продвижение сил вермахта к Ленинграду существенно замедлилось.

Боевой опыт

По словам историков, в довоенной биографии Зиновия Колобанова есть немало белых пятен. Хотя в ряде документов указано, что Колобанов родился в 1912 году, уточнённая дата его рождения — 7 января 1911 года. Родился он в селе Арефино Владимирской губернии (сейчас это территория Нижегородской области). Когда Зиновию было десять лет, в Гражданской войне погиб его отец.

После окончания восьми классов школы Колобанов поступил в Горьковский индустриальный техникум, но диплом не получил, так как с третьего курса был призван в Красную армию.

В 1936 году он окончил Орловское бронетанковое училище — одно из первых в СССР учебных заведений, готовивших командиров-танкистов. Будучи отличником, Зиновий получил право сам выбирать себе место службы и попросил направление в Ленинградский военный округ, где стал командиром танка. В 1938-м он прошёл курсы усовершенствования командного состава и в конце того же года был назначен командиром танковой роты.

Судьба Колобанова в 1940—1941 годах тоже является поводом для дискуссий. По одним данным, он в это время служил в частях Киевского военного округа, а согласно другим, был временно уволен в запас. В июле 1941-го он получил назначение на Северный фронт — в 1-ю танковую дивизию. Зиновий Колобанов стал командиром роты тяжёлых танков КВ-1.

«Ситуация была сложной. Прибалтийский военный округ был смят, на грани падения находился Таллин — практически последний крупный форпост в Прибалтике», — рассказал в беседе с RT историк Григорий Попов.

Гитлеровцы прорывались к Красногвардейску (в наши дни — Гатчина).

«Гатчина являлась важным транспортным узлом. Её взятие фактически открыло бы нацистам беспрепятственный проход к Ленинграду — городу, имевшему важное экономическое, военное и моральное значение как колыбель русской революции», — заявил в разговоре с RT специалист-историк Музея Победы Александр Михайлов.

По словам экспертов, ситуация складывалась неблагоприятно для советских войск. Одни части были отрезаны от основных сил, другие отступали в направлении Ленинграда. Советское командование решило сделать ставку на засады тяжёлых танков. Принимать участие в них должна была и рота Колобанова.

Подвиг танкистов

«20 августа немцы планировали окружить и уничтожить 2-й батальон курсантов-пограничников, который в течение нескольких дней срывал их график наступления. Колобанову была поставлена на первый взгляд неосуществимая задача. Он пятью танками должен был остановить три немецкие танковые дивизии (1-ю, 6-ю и 8-ю), если те прорвутся через позиции курсантов или будут с фланга обходить их. В том, что прорыв немецких танков произойдёт, никто не сомневался. Обескровленный боями 2-й батальон курсантов не мог бесконечно долго сдерживать противника», — пишет в своей книге «Зиновий Колобанов. Время танковых засад» историк Денис Базуев.

Пять машин роты Колобанова, взявшие двойной комплект бронебойных снарядов, заняли позиции в танковых окопах недалеко от деревни Войсковицы Красногвардейского (ныне Гатчинского) района Ленинградской области. Два танка Колобанов отправил на Лужскую дорогу, два — на Кингисеппскую, а сам со своим экипажем организовал засаду на Приморской, прикрывая сразу два направления, будучи примерно в 300 м от т-образного перекрёстка.

Немцы сначала провели авиаразведку местности, однако она не принесла результатов. Затем Колобанов, чтобы не выдать место засады, пропустил мимо себя немецких разведчиков на мотоциклах.

По словам военного историка Дениса Базуева, вскоре к перекрёстку подошла колонна, состоявшая из 22 единиц бронетехники (в большинстве источников указываются лёгкие танки чехословацкого производства Pz.Kpfw.35(t)). По мнению специалиста, скорее всего, техника принадлежала 6-й танковой дивизии вермахта.

Экипаж Колобанова сначала подбил три танка в голове колонны, а затем перенёс огонь на хвост формирования, заблокировав боевые машины. Как отмечает Григорий Попов, засада была организована таким образом, чтобы со всех сторон от дороги находилось болото, поэтому гитлеровские танки оказались лишены возможности для манёвра. Немцы открыли огонь по советскому КВ-1, однако мощная броня его башни оказалась практически неуязвима для лёгких танков.

По словам историков, после боя на броне танка Колобанова насчитали более 100 попаданий. Примерно за полтора часа боя все 22 танка из немецкой колонны были подбиты.

В ожидании следующей атаки КВ-1 Колобанова занял второй окоп. Он был обстрелян с дальней дистанции немецкими средними танками. Огнём врага были повреждены внешние приборы наблюдения, заклинило башню. Экипаж не зафиксировал ни одного подбитого танка противника, однако задачу выполнил, связав врага боем. Всего за день рота Колобанова подбила 43 единицы немецкой бронетехники.

Как отмечают эксперты, в немецких документах не обнаружено прямых упоминаний боя 20 августа 1941 года, однако информация об общих потерях и захлебнувшееся наступление в направлении Гатчины косвенно подтверждают советские данные. Место боя посетили представители командования, описавшие в дальнейшем его результаты в наградных документах, и корреспондент «Известий».

«Меня нередко спрашивали, было ли страшно. Но я военный человек, получил приказ стоять насмерть. А это значит, что противник может пройти через мою позицию только тогда, когда меня не будет в живых. Я принял приказ к исполнению, и никаких «страхов» у меня уже не возникало и возникать не могло», — вспоминал о бое сам Колобанов.

По оценкам Дениса Базуева, события 20 августа 1941 года стали одним из наиболее результативных танковых боёв в мировой истории. Наступление нацистов было сдержано, и в Гатчину они смогли вступить только почти через месяц.

В середине сентября 1941 года Колобанов получил тяжёлые ранения головы и позвоночника в результате разрыва немецкого снаряда. В строй он смог вернуться только через три с половиной года.

За бой 20 августа 1941 года все члены экипажа Колобанова были представлены командованием полка и дивизии к званию Героя Советского Союза. Однако в штабе фронта наградные документы исправили. Сам Колобанов был награждён орденом Красного Знамени, а члены его экипажа — орденами Ленина, Красной Звезды и Красного Знамени. Причины такого решения руководства фронта достоверно не известны.

В послевоенный период Колобанов командовал батальоном в Группе советских войск в Германии. После того как один из его солдат дезертировал в английскую оккупационную зону, он был переведён в Белорусский военный округ. После увольнения в запас работал на Минском автозаводе. Поскольку ему так и не было присвоено звание Героя Советского Союза, журналисты и участники встреч часто выражали недоверие рассказам о его подвиге, несмотря на то что они были подтверждены документально.

Умер Зиновий Колобанов 8 августа 1994 года в Минске.

«Российское военно-историческое общество выступило за то, чтобы Зиновию Колобанову посмертно было присвоено звание Героя России. На мой взгляд, он этого достоин, и я надеюсь, что данный вопрос будет решён», — рассказал в комментарии RT научный директор РВИО Михаил Мягков.

По словам военного историка Сергея Перелыгина, действия Колобанова 20 августа 1941 года уникальны.

«Немцы думали, что дорога на Ленинград открыта, но бой в районе деревни Войсковицы задержал нацистское наступление и сыграл важную роль в обороне города», — подытожил Перелыгин.

Источник

Подвиг Зиновия Колобанова. Герою так и не дали Золотую звезду

Во время Великой Отечественной войны множество советских людей демонстрировало высочайшие мужество и отвагу, сражаясь с гитлеровскими захватчиками. За подвиги, совершенные в годы Великой Отечественной войны, 11 тысяч 657 человек (из них 3051 посмертно) были удостоены высокого звания Героя Советского Союза. Однако появились и «забытые» герои. Люди, фронтовой путь которых, казалось, мог привести их только к званию Героя Советского Союза, высокую награду не получали. Нет, об их подвигах народ не забыл, но власть имущие почему-то сочли, что присваивать им звания Героев Советского Союза (а затем и Героев России) не следует. Так и не стал Героем Советского Союза старший лейтенант Алексей Берест, принимавший самое непосредственное участие в водружении Красного знамени на берлинский рейхстаг. Еще один настоящий герой, которого незаслуженно обошла награда, — Зиновий Колобанов.

Это про него поэт Александр Гитович затем напишет:

Враги идут толпой
Железных истуканов,
Но принимает бой
Зиновий Колобанов.

8 августа 1941 года группа армий «Север» начала наступление на город Ленинград. Части и соединения Красной Армии, осуществлявшие защиту советской территории от агрессора, несмотря на самоотверженность личного состава, отступали. В районе Красногвардейска, как тогда называлась Гатчина, оборону держали воины 1-й танковой дивизии под командованием генерал-майора Виктора Ильича Баранова. Им приходилось сдерживать натиск упорно наступающего и превосходящего в силе противника. 19 августа 1941 года генерал-майор Виктор Баранов приказал перекрыть три дороги, ведущие к Красногвардейску от Луги, Волосова и Кингисеппа. Эта задача была поручена 3-й танковой роте 1-го танкового полка 1-й танковой дивизии, которой командовал старший лейтенант Зиновий Колобанов. На вооружении 3-й танковой роты, которой командовал Колобанов, находились тяжелые танки КВ-1, которые могли вполне реально противостоять танкам вермахта. Но вооружение вооружением, а о личности командира роты, подвиг которого навсегда вошел в историю Великой Отечественной войны, стоит сказать особо. Ко времени начала Великой Отечественной войны он был уже опытным офицером, прошедшим советско-финскую войну.

Зиновий Григорьевич Колобанов родился 25 декабря 1910 года во Владимирской губернии в селе Арефино Муромского уезда (ныне это территория Нижегородской области). Отец Зиновия Григорий погиб во время Гражданской войны. Мать воспитывала троих детей одна, перебравшись затем в село Большое Загарино. Начало жизненного пути Зиновия Колобанова было вполне обычным для сельского парня того времени. Он окончил восемь классов средней школы и отправился учиться в Горьковский индустриальный техникум. Тогда как раз полным ходом шла сталинская индустриализация и стране были нужны квалифицированные рабочие и инженерные кадры, поэтому такие профессии всегда были престижны и востребованы.

16 февраля 1933 года 22-летний Колобанов, учившийся на третьем курсе техникума, был призван в Рабоче-Крестьянскую Красную армию. Как парня грамотного, его направили в полковую школу 49-го стрелкового полка 70-й стрелковой дивизии, а затем — в Орловское бронетанковое училище имени М. В. Фрунзе. Так Зиновий Колобанов стал кадровым военнослужащим. В мае 1936 года он окончил военное училище в звании лейтенанта, с отличием, и начал службу командиром танка в 3-м отдельном танковом батальоне 2-й танковой бригады Ленинградского военного округа. В 1938 г. Колобанов окончил Курсы усовершенствования командного состава и далее служил помощником командира боепитания в 210-м стрелковом полку 70-й стрелковой диивзии. Затем, с 31 июля 1938 г. по 16 ноября 1938 г. Зиновий Колобанов служил командиром взвода 6-й отдельной танковой бригады, а затем был назначен командиром танковой роты в той же бригаде. 25 ноября 1939 года Колобанов был переведен командиром танковой роты в 1-ю легкую танковую бригаду, которая была развернута на Карельском перешейке. Приближалась советско-финская война и соединениям Ленинградского военного округа предстояло сыграть в ней очень важную роль.

Когда началась Великая Отечественная война, старший лейтенант Колобанов был переведен командиром роты тяжелых танков КВ-1 в 1-ю танковую дивизию. Сам Зиновий Колобанов вспоминал, что в дивизию он был призван из запаса и, учитывая опыт советско-финской войны, получил сразу назначение командиром роты. 14 августа 1941 года Зиновий Колобанов участвовал в бою под селом Ивановским на реке Луга. Его экипаж уничтожил танк и артиллерийское орудие неприятеля. Однако самый главный бой в жизни Зиновия Григорьевича был еще впереди.

В экипаж танка КВ-1, помимо командира танка (и командира роты) старшего лейтенанта Зиновия Григорьевича Колобанова входили командир орудия танка старший сержант Андрей Михайлович Усов, старший механик-водитель старшина Николай Иванович Никифоров, младший механик-водитель красноармеец Николай Феоктистович Родников и стрелок-радист старший сержант Павел Иванович Кисельков. 19 августа 1941 г. старшего лейтенанта Колобанова вызвал лично командир дивизии генерал-майор Баранов, который и дал приказ перекрыть дороги к Красногвардейску. После этого рота из пяти танков КВ-1 под командованием Колобанова выдвинулась на обозначенные позиции.

Два танка из роты Колобанова были направлены командиром на дорогу со стороны Луги, два танка — на Кингисеппское направление. Командирский танк роты занял позицию на приморской дороге, позволявшую контролировать сразу два направления возможных перемещений танков противника.

На Лужском направлении 20 августа экипажи танков лейтенанта М.И. Евдокименко и младшего лейтенанта И.А. Дегтяря вступили в бой с авангардной немецкой танковой колонной и уничтожили пять танков и три бронетранспортера. Гитлеровцев на мотоциклах, проехавших по дороге в сторону совхоза Войсковицы, Колобанов пропустил, поскольку его задачей было перекрытие движения именно танковой колонны противника. Наконец, показались и немецкие легкие танки 6-й танковой дивизии (правда, есть и другие версии — что танки принадлежали или 1-й, или 8-й танковым дивизиям). Подождав, Колобанов отдал приказ открыть огонь. Первыми же выстрелами были подбиты три головных танка немецкой колонны, которые встали, перекрыв дорогу остальным танкам. Затем советский танк ударил по хвосту, а затем центру немецкой колонны. Точные попадания стали возможными благодаря действиям старшего сержанта Андрея Усова (на фото он в погонах лейтенанта, т.к. затем дослужился до этого звания) — опытнейшего артиллериста, воевавшего в советско-польской и советско-финской войнах и служившего прежде помощником командира взвода в артиллерийском полку, а затем прошедшего обучение на командира орудия тяжелого танка.

После выстрелов Усова, в колонне противника началась паника. Учитывая то, что дорога проходила через болотистое поле, танки, съехавшие на обочину, попадали в болото, где вязли. В загоревшихся танках взорвались боекомплекты. В течение тридцати минут боя танк Колобанова смог подбить все 22 танка противника, израсходовав 98 бронебойных снарядов. В сам советский танк попали 114 немецких снарядов, но его броня действительно казалась крепка. Всего же рота под командованием Колобанова подбила 43 танка противника — 22 танка на счету у экипажа старшего лейтенанта Колобанова, 8 танков — на счету у экипажа младшего лейтенанта Сергеева, 5 танков подбил экипаж лейтенанта Евдокименко, 4 танка — экипаж младшего лейтенанта Дегтяря и еще 4 танка — экипаж младшего лейтенанта Ласточкина. Уже после боя танкистами роты были уничтожены артиллерийская батарея противника, один легковой автомобиль, около двух пехотных рот. Такого боя еще не знала история советских и даже мировых танковых войск.

Как и другие советские воины, совершившие настоящие подвиги, но по каким-либо причинам не прошедшие «фильтр» у штабистов и замполитов, Зиновий Колобанов продолжал воевать. Он оборонял подступы к Красногвардейску, но 15 сентября 1941 года получил тяжелое ранение при обороне города Пушкин, получив осколочное поражение головы и позвоночника и контузию головного и спинного мозга. Почти всю войну он провел в госпиталях в Свердловске — ранения были слишком тяжелыми. Несмотря на это, 31 мая 1942 года Колобанову присвоили звание капитана, а в марте 1945 года, выписавшись, он сразу попросился в армию. 10 июля 1945 года, уже после окончания войны, Колобанов получил назначение заместителем командира 69-го танкового батальона 14-го механизированного полка 12-й механизированной дивизии 5-й гвардейской танковой армии в Барановичском военном округе.

После войны Колобанов еще тринадцать лет служил в Советской Армии. В 1951-1955 гг. он служил в Группе советских войск в Германии на должностях: командира танкового батальона самоходных артиллерийских установок 70-го тяжёлого танкового самоходного полка 9-й танковой дивизии 1-й гвардейской механизированной армии — с 1951 по 1954 гг., затем командира 55-го гвардейского танкового батальона 55-го танкового полка 7-й гвардейской танковой дивизии 3-й механизированной армии — с 1954 по 1955 гг. В 1952 году Колобанов получил воинское звание подполковника. Однако случилось очередное печальное событие, которое сразу же бросило тень на героического комбата. Солдат из его батальона дезертировал и сбежал в британскую зону оккупации. Этого оказалось достаточно для серьезнейшего удара по карьере героического фронтовика. Подполковника Колобанова перевели в Белорусский военный округ заместителем командира танко-самоходного батальона 10-го механизированного полка 12-й механизированной дивизии, а затем — заместителя командира танкового батальона 148-го гвардейского мотострелкового полка 50-й гвардейской мотострелковой дивизии 28-й армии. В 1958 году Зиновий Григорьевич Колобанов был уволен в запас. Он долгое время работал на Минском автозаводе мастером ОТК и контролером ОТК, прожил долгую жизнь и скончался в 1994 году на 84-м году жизни.

Получается, что удивительный подвиг экипажа Колобанова так и не был оценен по достоинству. Даже спустя годы власть так и не пошла на то, чтобы присвоить, пусть и с опозданием, легендарному танкисту звание Героя Советского Союза. Отказались это сделать и власти постсоветской России. Когда петербургское отделение Российского военно-исторического общества (РВИО) собрало более 100 тысяч подписей в поддержку присвоения Колобанову звания Героя Советского Союза, все равно последовал отказ. И это даже не удивительно. Например, такая же история сложилась с Алексеем Берестом. Впрочем, в глазах народа и Зиновий Колобанов, и его сослуживцы по экипажу танка, и Алексей Берест, и другие фронтовики, совершившие множество подвигов, все равно остаются подлинными Героями с большой буквы, вне зависимости от мнения чиновников.

Источник

Подвиг танкиста Зиновия Григорьевича Колобанова

19 августа 1941 года Зиновий Григорьевич получил приказ прикрывать 3 дороги, ведущие к городу Красногвардейску (Гатчина). Проведя анализ местности, Колобанов отправил 2 танка в засаду на лужскую дорогу, два на кингесеппскую, а сам остался охранять приморское направление. Колобанов занял позицию напротив Т-образного перекрестка. Для танка был выкопан специальный окоп, который был идеально замаскирован. Вследствие чего немецкая разведка на мотоциклах не заметила замаскированный танк. Также была подготовлена запасная позиция. Место для засады было выбрано очень удачно. По обеим сторонам дороги были заболоченные поля, которые затрудняли маневр немецкой техники. Прибывшую, для поддержи, пехоту командир разместил в соседнем лесу, чтобы она не попала под танковый огонь.

На следующий день на горизонте появились 22 немецких танка Pz.Kpfw III. Колобанов подпустил танки, как можно ближе, и отдал приказ открыть огонь по головным танкам под крест.

Снарядом одной из них сбило перископ танка. Тогда старший сержант стрелок-радист танка – Павел Иванович Кисельков залез на танк, и под шквальным огнем заменил сломанный прибор. После очередного попадания противотанковой пушки, у танка заклинило башню. Но старший механик водитель – Николай Иванович Никифоров умелыми маневрами танка обеспечил точное наведение пушки на оставшуюся немецкую технику. В результате чего вся вражеская колонна была полностью уничтожена.

После этого боя весь экипаж был представлен к званию Героя Советского Союза, но, по непонятным причинам, бойцы получили более скромные награды: Колобанов З.Г., Никифоров Н.И. были награждены орденами красного знамени, Усов А.М. был награжден орденом Ленина и Кисельков П.И. получил медаль за отвагу.

Колобанов Зиновий Георгиевич умер 8 августа 1994 года, так и не дождавшись звезды Героя за свой выдающийся подвиг. В Санкт–Петербурге стартовала акция по сбору подписей под прошением к президенту о присвоении Колобанову З.Г. звания Героя (посмертно). Уже собрано 102000 подписей. Как можно большее количество людей должны сказать свое твердое «за», и тогда историческая несправедливость будет исправлена. Герой обретет свою награду, хоть и посмертно. Но тогда мы сможем с уверенностью сказать: «Ни кто не забыт ни что не забыто».

Источник

Бой танкиста Колобанова, вошедший в историю

Ленинград в августе 1941 года находился в очень сложном положении, события на фронте на подступах к городу развивались по очень плохому, драматическому для обороняющихся советских войск сценарию. В ночь с 7 на 8 августа немецкие части из состава 4-й танковой группы нанесли удары в районах населенных пунктов Ивановское и Большой Сабск, наступая в сторону населенных пунктов Кингисепп и Волосово. Всего через три дня боев войска противника подошли к шоссе Кингисепп-Ленинград, а 13 августа немецким войскам удалось перерезать железную и шоссейную дороги Кингисепп-Ленинград и форсировать реку Луга. Уже 14 августа 38 армейский и 41 моторизованный немецкие корпуса смогли вырваться на оперативный простор и выдвинуться к Ленинграду. 16 августа пали города Кингисепп и Нарва, в тот же день части из состава 1-го немецкого корпуса заняли западную часть Новгорода, угроза прорыва немецких войск к Ленинграду становилась все более реальной. До знаменитого танкового боя, который прославит имя Колобанова, оставались считанные дни.

18 августа 1941 года командира 3-й танковой роты из состава 1-го батальона 1-й Краснознаменной танковой дивизии старшего лейтенанта Зиновия Колобанова вызвал к себе лично командир дивизии генерал-майор В. Баранов. В то время штаб части находился в подвале собора, который являлся одной из достопримечательностей Гатчины, которая в то время называлась Красногвардейском. В устной форме Баранов отдал Колобанову приказ перекрыть любой ценой три дороги, которые вели к Красногвардейску со стороны Кингисеппа, Волосово и Луги.

На тот момент в роте Колобонова имелось 5 тяжелых танков КВ-1. Танкисты загрузили в машины по два боекомплекта бронебойных снарядов, осколочно-фугасных брали мало. Основной целью танкистов Колобанова было не пропустить на Красногвардейск немецкие танки. В тот же день, 18 августа, старший лейтенант Зиновий Колобанов вывел свою роту навстречу наступающим немецким частям. Две свои машины он послал на лужскую дорогу, еще две отправил к дороге на Волосово, а свой собственный танк разместил в засаде, организованной у перекрестка дороги, которая соединяла таллиннское шоссе с дорогой на Мариенбург — северной окраиной Гатчины.

Зиновий Колобанов лично провел со своими экипажами рекогносцировку местности, отдав указания о том, где именно следует оборудовать позиции для каждого из танков. При этом Колобанов предусмотрительно заставил танкистов оборудовать по 2 капонира (один основной и запасной) и тщательно замаскировать позиции. Стоит отметить, что Зиновий Колобанов был уже достаточно опытным танкистом. Он прошел с боями финскую войну, трижды горел в танке, но всегда возвращался в строй. С задачей перекрыть три дороги, ведущие к Красногвардейску, мог справиться только он.

Свою позицию Колобанов оборудовал возле совхоза Войсковицы, расположенного напротив птицефермы «Учхоза» — на развилке Таллинского шоссе и дороги, ведущей на Мариенбург. Он оборудовал позицию примерно в 150 метрах от шоссе, подходившего со стороны Сяскелево. При этом был оборудован глубокий капонир, который скрывал машину так, что торчала лишь башня. Второй капонир для запасной позиции был оборудован недалеко от первого. С основной позиции отлично просматривалась и простреливалась дорога на Сяскелево. К тому же по бокам этой дороги имелись заболоченные участки местности, которые очень сильно затрудняли маневр бронетехнике и сыграли в предстоящем бою свою роль.

Позиция Колобанова и его КВ-1Э располагалась на небольшой высоте с глинистым грунтом на расстоянии в 150 метров от развилки дорог. С этой позиции был хорошо виден «Ориентир №1» две березы, растущие у дороги, и примерно в 300 метрах от Т-образного перекрестка, который был обозначен как «Ориентир №2». Всего простреливаемый участок дороги составлял примерно километр. 22 танка легко могли разместиться на этом участке при сохранении между ними походной дистанции в 40 метров.

После оборудования замаскированных позиций оставалось лишь дожидаться подхода сил врага. Немцы появились здесь только 20 августа. После полудня экипажи танков лейтенанта Евдокимова и младшего лейтенанта Дегтяря из роты Колобанова встретили колонну бронетехники на Лужском шоссе, записав на свой счет 5 уничтоженных танков и 3 бронетранспортера противника. Вскоре противника увидел и экипаж танка Колобанова. Первыми они заметили разведчиков-мотоциклистов, которых танкисты беспрепятственно пропустили дальше, дожидаясь появления основных сил немецких войск.

Около 14:00 20 августа после безрезультатно закончившейся для немцев авиаразведки по приморской дороге на совхоз Войсковицы проехали немецкие мотоциклисты. Следом за ними на дороге появились танки. За те полторы, две минуты, пока головной танк врага преодолевал расстояние до перекрестка, Зиновий Колобанов успел убедиться, что в колонне нет тяжелых танков противника. Тогда же в его голове созрел план предстоящего боя. Колобанов решил пропустить всю колонну до участка с двумя березами (Ориентир №1). В этом случае все неприятельские танки успевали пройти поворот в начале насыпной дороги и оказывались под огнем орудия его экранированного КВ-1. В колонне, по всей видимости, шли легкие чешские танки Pz.Kpfw.35(t) из состава немецкой 6-й танковой дивизии (в ряде источников принадлежность танков приписывают также 1-й или 8-й танковым дивизиям). После того как план на бой был составлен, все остальное было делом техники. Подбив танки в голове, середине и конце колонны, старший лейтенант Колобанов не только перекрыл дорогу с обеих сторон, но и лишил противника возможности съехать на дорогу, которая вела на Войсковицы.

После того как на дороге образовалась пробка во вражеской колонне началась страшная паника. Некоторые танки, пытаясь выйти из-под огня, спускались под откос и вязли в болотистой местности, где их добивал экипаж Колобанова. Другие вражеские машины, пытаясь развернутся на неширокой дороге, натыкались друг на друга, сбивали себе гусеницы и катки. Перепуганные немецкие экипажи выскакивали из горящих и подбитых машин и в страхе метались между ними. При этом многие были убиты пулеметным огнем из советского танка.

Первое время гитлеровцы не понимали, откуда именно их расстреливают. Они начали поражать все копны сена в зоне видимости, думая, что в них замаскированы танки или противотанковые орудия. Однако вскоре они засекли замаскированный КВ. После этого началась неравная танковая дуэль. На КВ-1Э обрушился целый град снарядов, но сделать что-то окопанному по башню советскому тяжелому танку, который был оборудован дополнительными 25-мм экранами, они не смогли. И хотя от маскировки не осталась и следа, а позиция советских танкистов была известна немцам, на исход боя это уже не повлияло.

Бой длился всего 30 минут, но за это время экипаж Колобанова смог разбить немецкую танковую колонну, подбив все 22 машины, которые в ней были. Из взятого на борт двойного боекомплекта Колобанов расстрелял 98 бронебойных снарядов. В дальнейшем бой продолжился, но немцы уже не лезли напролом. Наоборот они начали использовать для огневой поддержки танки Pz.Kpfw.IV и противотанковые орудия, которые вели огонь с дальней дистанции. Этот этап боя не принес сторонам особых дивидендов: немцы не смогли уничтожить танк Колобанова, а советский танкист не заявлял об уничтоженных машинах противника. При этом на втором этапе боя на танке Колобанова были разбиты все приборы наблюдения и заклинена башня. После того как танк вышел из боя экипаж насчитал на нем более 100 попаданий.

Вся рота Колобанова за тот день уничтожила 43 танка противника. В том числе экипаж младшего лейтенанта Ф. Сергеева — 8, младшего лейтенанта В. И. Ласточкина — 4, младшего лейтенанта И. А. Дегтяря — 4, лейтенанта М. И. Евдокименко — 5. Также была заявленная уничтоженная легковая машина, артиллерийская батарея и до двух рот пехоты противника, в плен удалось взять одного из мотоциклистов.

Удивительно, но за такой бой Колобанов не получил звания Героя Советского Союза. В сентябре 1941 года командиром 1-го танкового полка 1-й танковой дивизии Д. Д. Погодиным все члены экипажа танка Колобанова были представлены к званию Героя Советского Союза, данное представление было подписано и командиром дивизии В. И. Барановым. Но в штабе Ленинградского фронта по какой-то причине изменили это решение. Данное изменение до сих пор не поддается разумному объяснению и вызывает массу споров и версий. Так или иначе, Колобанов был представлен к ордену Красного знамени, а наводчик А. М. Усов к ордену Ленина. Возможно, командование Ленфронта просто посчитало невозможным присваивать звание Героя Колобанову на общем фоне больших стратегических неудач, да и Красногвардейск был все-таки вскоре сдан немцам. По другой версии, в деле Колобанова была какая-то компрометирующая его информация, что-то такое, что помешало ему получить награду. Правды мы в любом случае уже не узнаем.

Несмотря на тяжелое ранение и контузию, Колобанов после войны снова поступил на службу в танковые войска. Зиновий Колобанов находился на службе до июля 1958 года, после чего уволился в запас уже в звании подполковника. Работал и жил в столице Белоруссии. Умер 8 августа 1994 года в Минске, похоронен там же.

Сегодня на месте знаменитого боя советских танкистов на подступах к Гатчине установлен памятник. На монументе стоит тяжелый танк ИС-2. К сожалению, к моменту сооружения данного памятника тех самых танков КВ-1Э, на которых и воевал Колобанов, найти уже не удалось, поэтому пришлось использовать то, что было под рукой. На высоком постаменте появилась табличка, на которой сказано: «Танковый экипаж под командованием старшего лейтенанта Колобанова З. П. в бою 19 августа 1941 года уничтожил 22 танка противника. В составе экипажа находились: механик-водитель старшина Никифоров Н. И., командир орудия старший сержант Усов А. М., стрелок-радист старший сержант Кисельков П. И., заряжающий красноармеец Роденков Н. Ф.».

По материалам из открытых источников

Источник